11
0Мотив отсутствует – убийца давно мертв.
Второе. Появился имитатор. Пендергаст явился на вскрытие еще до того, как оно началось. «Боже, – подумал О'Шонесси, – он, видимо, заранее знал его результаты». Агент ФБР сразу уловил связь между смертью туристки и убийствами девятнадцатого века.
Каким образом?
Третье. На Пендергаста совершено нападение.
Таковы факты, какими их видел О'Шонесси. Но что же из этого следует?
Во-первых, это означает, что Пендергасту уже известно нечто очень важное. И об этом знает человек, имитирующий старинные убийства. Сведения эти, какими бы они ни были, достаточно важны для того, чтобы ради них рискнуть пойти на убийство на Семьдесят второй улице, где и в девять часов вечера полно людей. Но самое удивительное то, что преступник едва не реализовал свой замысел.
О'Шонесси выругался про себя. Самой большой тайной для него оставался Пендергаст. Ему очень хотелось, чтобы Пендергаст вел себя по отношению к нему как равный и щедрее делился бы информацией. Однако агент ФБР предпочитал держать его во тьме. Почему? Видимо, настало время задать этот вопрос напрямую.
Сержант снова выругался. Этот Пендергаст требует от него дьявольски много, ничего не давая взамен. И какого черта он, сержант полиции, топчет землю вокруг «Дакоты», отыскивая несуществующие улики для парня, который вовсе не хочет помощи?
«Остынь», – сказал себе О'Шонесси. Столь последовательного и обладающего такой железной логикой человека ему встречать не доводилось. У него, видимо, на все есть объяснение. Всему свое время. А сейчас он просто зря это время тратит. Пора ужинать.
О'Шонесси повернулся, чтобы отправиться домой, и увидел, как из-за угла возникла какая-то высокая фигура."
"Сержант инстинктивно шагнул в тень ближайшего подъезда. Человек остановился на углу, точно в том же месте, где пару минут назад стоял он сам. Оглядевшись по сторонам, мужчина с опаской двинулся по тротуару в сторону полицейского.
О'Шонесси сжался и шагнул глубже в тень. Темная фигура подошла к углу здания и замерла у того места, где напали на Пендергаста. Вечернюю темноту прорезал луч карманного фонаря, и человек, еще раз оглядевшись по сторонам, стал изучать тротуар. На мужчине было длинное черное пальто, под которым без труда можно было спрятать любое оружие. Полицейским этот тип явно не был, а в газетах о нападении не сообщалось.
О'Шонесси принял решение. Держа в одной руке револьвер, а в другой значок полицейского, он выступил из тени.
– Полиция, – негромко, но решительно объявил он. – Не двигайтесь и держите руки так, чтобы я мог их видеть.
Мужчина с воплем отпрыгнул в сторону, вскинув вверх длинные руки.
– Стойте! Не стреляйте! Я – журналист!
О'Шонесси узнал этого человека и, испытывая некоторое разочарование, сунул револьвер в кобуру.
