173
0
Что-то совсем страшно.
— Чисто! — наконец доносится из глубины.
Пушинка, протиснувшаяся между мной и Дарионом, склоняет голову набок.
— Идём. — Наставник первым отправляется в подземелье.
Страх противно колет нервы, сочится холодом вдоль спины. Ох, чувствую, ждёт меня что-нибудь столь же чудесное, как роль манекена для девяти будущих боевых магов.
Каменная лестница приводит к дверям. Одна створка приоткрыта гвардейцами, освещающими площадку волшебными огоньками.
Дарион прикладывает ладонь к стене, и тьма за дверями рассеивается, потеснённая сиянием узоров на стенах.
— Это тренировочный комплекс тех времён, когда здесь учились только драконы. — Дарион с двумя охранниками заходит внутрь.
Мы с Пушинкой — следом, а за нами и остальные гвардейцы.
Зал огромен, хотя сомневаюсь, что в нём удобно разместиться дракону. Скорее, тут тренировались летать в человеческом облике.
— Начнём с самого простого упражнения. — Дарион приседает на корточки и водит пальцами по вырезанным на полу узорам. Они отзываются тусклым свечением. Одна из плит сдвигается, выпуская шар размером с баскетбольный мяч, зависший в метре от отверстия. — Твоя задача — накрыть этот шар ладонью и, не отрывая её от поверхности, лететь следом. Я поставлю маленькую скорость. И помни: чем чаще и на более долгий срок отрываешь ладонь, тем сильнее наказание.
Он поднимается.
— Какое наказание? — убито интересуюсь я.
— Разное. Но чаще всего бьёт током. Так что старайся. — Дарион бодро хлопает меня по плечу. — Давай, иди, коснись его.
Шара я не просто касаюсь — обнимаю, в надежде, что он, как спасательный круг, поможет держаться «на плаву». Выпускаю крылья. Ощущать их частью себя почти жутко и синхронно махать трудно, но сдаваться мне просто нельзя.
* * *Скажем так: гениальная идея оправдалась наполовину. Лететь шар не помогал, но так легче держать его в руках, чтобы не получать разряды тока, удары водой, струями вырывающейся из пола, или выпущенных из стен камушков.
Садисты эти драконы, как есть садисты!
Зато махать сразу двумя крыльями, поворачивать, тормозить, взлетать и приземляться я за два часа научилась. Умные садисты.
— Заканчивай, — бас Дариона прекращает мои мучения.
Несколько движений его пальцев по полу, и шар возвращается в нишу, а я… ну… оказываюсь на четвереньках. Какое-то привычное состояние для меня последнее время. Пушинка подбегает, тыкается мордочкой в ухо.
— Кушать тебе надо лучше, — Дарион милосердно поднимает меня за плечи и помогает выбраться из пыточного подземелья.
Гвардейцы следуют впереди и сзади — свидетели моих позорно неловких попыток летать, купаний и воплей. Надеюсь, они умеют держать язык за зубами, а то потом появится «весёлое» кукольное представление о том, как одна избранная летать училась.
