Переплеты в жизни

Марина знала его плохо, больше по телевизору видела, и иногда, на каких-нибудь расширенных заседаниях правительства, они издалека сдержанно кивали друг другу.

…Что происходит?

Магазин закрывают? На месте книжного теперь будет казино? Или заправка? Или гастроном?… Или военный склад?"

"От властей предержащих Марина старалась держаться на разумном отдалении, чинопочитанием и низкопоклонством никогда не страдала, слишком много сил у нее уходило на то, чтобы и собственные интересы соблюсти, и достоинство сохранить, и в хороших отношениях остаться. Она как будто позволяла себе роскошь общаться не только и не столько с полезными и важными людьми, сколько с теми, кто на самом деле вызывал ее уважение и расположение.

Отчим, даже ничего не зная о ее делах, всегда любил в ней эту черту, а мама фыркала и называла «фрондеркой» и «юной пионеркой».

– Ниночка! – восклицал в таких случаях отчим. – Алмазная моя! Ты сама не знаешь, что говоришь! Пионэры и фрондеры – это из двух разных исторических романов! Ты просто перепутала!

Ему нравилось прикидываться всезнающим и давно живущим стариком на фоне двух легкомысленных «молодух» – Марины и собственной супруги.

Самое главное, любимый муж Матвей накануне уехал в Киев, и даже посоветоваться было не с кем. Сергей Иванович не в счет, он напуган и уязвлен и вряд ли сможет что-нибудь толковое посоветовать!..

– Я им сказал, конечно, что ты вот-вот будешь, – бубнил тем временем заместитель, – а мне из приемной Морозова, уже когда второй раз звонили, говорят: что это она у вас так поздно на работу приходит? А я говорю, что…

– Марина Николаевна, – в дверь заглянула только что пришедшая на работу сотрудница с литературным именем Маргарита. Личико у нее было перепуганное. – К вам какие-то люди пришли, Толя не хотел пускать, а они…

Подвинув девчушку и глянув в сторону застывшего, как соляной столб, Сергея Ивановича, в кабинет вошли сразу несколько человек в одинаковых серых костюмах. Вид у них был внушительный и какой-то на редкость невеселый. Марина поднялась за своим канцелярским столом, заваленным бумагами, счетами за свет и за «площадь», сметами будущего ремонта, образцами литературной продукции в виде тоненьких брошюрок о сексе и о том, как закрывать на зиму огурцы, эти брошюры только-только стали выпускать едва народившиеся на свет коммерческие издательства, и стремительно подумала, что они пришли ее убивать.

Такие вещи в последнее время стали происходить то и дело. Пламенный и бледный, с горящими, страшными глазами Александр Невзоров рассказывал о них в программе «Журналистское расследование», которую смотрели, как некогда кинофильм «Семнадцать мгновений весны», истово, изо всех сил боясь и ожидая продолжения и назавтра обсуждая показанное.