2
0
Я слышу звук захлопывающейся двери и голоса юнцов удаляются, так, что я больше не могу их слышать.
Мне нельзя оставаться здесь. Я должен вырваться… Я должен спасти ее…
9
Анна
Весь оставшийся день и всю ночь мы без остановки движемся на север, к первому большому городу на окраине империи, первому большому городу, который посмел отвоевать свое место для жизни у бескрайней и почти безжизненной пустыни. Тайлен тонкой полоской вьется, словно змея, следуя за руслом реки, без которой давно бы погиб, без которого его бы и не было. И я уже вижу маленькие огоньки человеческих сердец, до которых едва достают мои самые длинные нити.
— Почти прибыли, — говорит уставший Чивс и пинает заснувшего Мелвилла ногой. Тот просыпается и оглядывается по сторонам.
— Что? — спрашивает он.
— ПРиехали, говорю.
— Останови повозку, — мягко говорит Мелвилл и поворачивается ко мне, — я думаю, что мне следует надеть доспехи, если у въезда дежурят имперцы, я смогу провести вас без обыска.
— А кто гарантирует, что ты не сдашь нас первому же своему дружку, прислужнику дракона?
— Никто, — отвечает Мелвилл, пожимая плечами.
— Ты думаешь… — фыркает Чивс, но смотрит на меня вопросительно.
Похоже, решать нужно мне.
Я смотрю на Иоса и понимаю, что другого выбора нет. Нам придется довериться солдату, хоть это и безумно опасно. Собаки устали, запаса воды у нас надолго не хватит, а до ближайшей деревни день пути, и там наверняка нас сразу же сдадут.
Хотя, когда он это планировал, с нами не было человека, которому неизвестно, можно ли доверять. Я знаю, что Мелвилл врет, но это все, что я знаю. Собирается ли он предать меня, мне неизвестно.
А теперь, похоже, все наши жизни зависят от него.
Несмотря на то, что я укутала Иоса всеми одеялами, какие нашла, он все равно дрожит, то приходя в сознание, то проваливаясь обратно в подобие сна.
— Держись, — говорю я, — скоро мы уже приедем.
— В Тайлене мой брат, Дирек, нужно идти к нему, он поможет… Он держит рыбную лавку в переулке торговцев, там каждый его знает. Он большой человек в городе.
Выплывая из тревожного сна Иос повторяет раз за разом одно и то же, а после как будто забывает об этом.
— Да, Иос, — говорю я ему, пытаясь успокоить, — мы найдем его.
— Он хороший человек, Анна, хоть мы и не ладим… У него доброе сердце.
— Мелвилл прав, — говорю я, — пусть он облачится. Без него мы едва ли сможем войти в город.
