Юсупов. Серое Братство

Значит, высокое руководство фонда никаких приказов не давало.

По обе стороны от лестницы шли закрытые коридоры крыльев лечебницы, в которых содержались пациенты под наблюдением. За толстыми перегородками из защищенного магией пластика маячили дружинники, которые следили за порядком внутри отделений. Мы же поднялись на третий этаж, остановились на площадке. Справа было еще одно крыло для пациентов. Слева же шел коридор, по обе стороны которого тянулись двери кабинетов. Туда мы и свернули."

"Кабинет Игоря Викторовича Гольянова был правом в крыле. Мы остановились напротив, и я коротко постучал в белую створку.

Дождавшись приглушенного «Войдите», потянул на себя дверь.

Приемная заместителя старшего лекаря была по обстановке похожа на мою. Но куда больше по размерам. В остальном помещение было точной копией. Даже помощница Гольянова была очень похожа на Лидию. Такая же миловидная, облаченная в белую рясу девушка сидела за столом и что-то сосредоточенно читала на экране монитора.

— Добрый день, — начал я. — Я хотел бы передать направление по поводу одного из моих пациентов Игорю Викторовичу.

Девушка рассеянно взглянула на меня и с улыбкой уточнила:

— Василий Михайлович, верно?

— Он самый, — подтвердил я.

— А это… — помощница перевела взгляд на Муромцеву.

— Мой секретарь, — пояснил я.

На милом личике секретаря Гольянова на миг отразилось удивление от факта, что аристократ сам бегает по делам, а секретарь его сопровождает. Впрочем, через мгновение, девушка кивнула. Видимо, решила не заморачиваться с этой особенностью мастера Юсупова. Мол, кто их, образованных дворян, разберет? Она сняла трубку с рычага стоявшего на столе телефона, и нажала кнопку внутренней связи.

— Игорь Викторович, к вам прибыл Василий Михайлович Юсупов, — произнесла девушка в трубку. — Хорошо.

Она вернула трубку на рычаг, и взглянула на нас:

— Господин Гольянов ждет вас. Но ваш секретарь…

— Она останется в приемной, спасибо, — продолжил я за сотрудницу. — Все в порядке, она вас не обременит.

С этими словами я направился к двери кабинета. Муромцева же привычно заняла место в кресле приемной.

Я постучал в дверь и открыл ее. Прошел в кабинет, затворив за собой створку.

Гольянов сидел за столом, откинувшись на спинку кресла.

Это был крепкий мужчина с седыми волосами, зачесанными назад. Таким образом открылись глубокие залысины, тянущиеся от висков. Но, кажется, мужчину это нисколько не смущало. Он выбрал прическу, которая была удобной, что много говорило о его характере. Очевидно, что Гольянову было чуждо самолюбование. При этом его халат был застегнут на все пуговицы, а из-под воротника виднелся ворот белоснежной рубашки и край узла галстука. Я подумал, что сам выгляжу куда менее представительно.