Искушение герцога

Так зачем же он ушел из ее теплой постели? Он обещал ей не уходить.

— Хантер!

Услышав свое имя, он резко поднял голову и застонал от боли. Хотел сжать голову руками и тут понял, что руки крепко связаны за спиной.

— Грейс! — позвал он и поморщился: голоса почти не было слышно.

Он закашлялся. В горле першило. Повернув голову, он увидел дым, пробивавшийся из коридора, который вел в кухню. Присмотрелся и заметил характерные зловещие язычки пламени.

Пожар.

— Ты наконец-то очнулся! — Услышав знакомый голос, Хантер повернул голову и встретился взглядом с непрошеным гостем.

— Черт возьми, Уокер, если ты так шутишь... — прорычал Хантер, силясь порвать свои путы.

Со второго этажа голос Грейс, не переставая, звал его. Кузен присел рядом на корточки.

— Какие могут быть шутки, Хантер? Если хочешь знать, я действительно стремлюсь покончить с тобой.

Хантер опустил голову, коснулся лбом холодных мраморных плит.

— Значит, это был не Стрэнгем. И стреляли не в Грейс, а в меня.

"— Это был блестящий ход, — сказал Уокер, схватив Хантера за волосы и приподняв его голову так, чтобы смотреть ему в глаза. — Я знал, что подозревать ты станешь Стрэнгема. В конце концов, он ведь был рядом с братом, когда тот погиб, а потом отравил его вдову, когда узнал, что она вот-вот родит наследника. Можешь себе представить? Как мне повезло, черт побери!

Хантер вырвался из цепких рук кузена, отвернулся и закашлялся.

— Если учесть, что убийца до сих пор жив и носит титул, он свое дело сделал.

— Не так хорошо, как может показаться, милый братец. Увы, недавно Стрэнгем покинул сей свет — с ним произошел несчастный случай.

— Ты убил его? — прохрипел Хантер, стремясь отвлечь кузена, а сам продолжал напрягать связанные руки. Веревка была затянута на совесть, но он не оставлял своих попыток.

— Ну, скажем, я просто немного помог. Ничтожный был человечишка. Не ценил ни состояния, ни титула.

— А ты показал ему, как сильно он сбился с пути истинного. — Если заговорить кузена, то в конце концов удастся избавиться от проклятых пут.

— Довольно! Не считаешь ли ты меня дураком, Хантер? — Уокер поднялся на ноги и медленно повернулся, обводя рукой весь холл. — Ты просто хочешь меня отвлечь. Может, даже надеешься отговорить от моего замысла.

— Да зачем же, кузен? — Кашель душил Хантера, не давая говорить. — У тебя явно проснулся аппетит к убийствам.

— Не только к убийствам, — признался Уокер. — У меня имеются и другие пороки. Это только ты не хотел признать мои достоинства.