4
0В другом по одежде и манере держаться опознала воина силы. За его спиной в первом ряду сидели пятеро похожих. Третий, седовласый, показался мне пухлым весельчаком, морщинки вокруг его глаз хранили печать многочисленных добрых улыбок."
"Тобгьял с каменным лицом, гордо подняв подбородок, чинно сел на предложенное место. Пуньцог мягко подтолкнул правящую жену расположиться рядом с мужем. Держаться с достоинством, в отличие от цанпо, она даже не пыталась. Впрочем, если она не отличалась разумным поведением до сегодняшнего дня, то с чего бы вдруг ждать, что она поступит иначе теперь.
Агван подошел к столу и осторожно положил на него небольшую, сшитую вручную рукописную тетрадь, увешанную многочисленными тяжелыми печатями. Я подумала о странной ситуации, когда судьбу большой страны столетиями определяла одна маленькая книжка, хранящаяся в сундуке под замком.
– Мы слушаем тебя, – хорошо поставленный голос незнакомого мне воина силы эхом разнесся под сводами зала. Он посмотрел в глаза Вангьялу. И не только он. Все присутствующие сосредоточили внимание на моем Бенкендорфе. – Где твое слово?
Я предположила, что речь, должно быть, о том традиционном послании, ради которого всем цанпо нанимали сочинителей. Выходило, незнакомец – глава Запретного дзонга? Я нахмурилась, силясь вспомнить имя. Кажется, ястреб звал его Намган.
– Оно здесь, – в той же манере ответил Вангьял, взял меня за плечи и немного выдвинул вперед.
Сказать, что я опешила, – ничего не сказать. В смысле «оно здесь»?!
Я оторопело уставилась на Намгана. Он в свою очередь растерянно смотрел на меня, потом вновь перевел взгляд на Вангьяла:
– Что ты имеешь в виду?
Да. Мне бы пояснение тоже не повредило.
Я повернулась к избраннику своего шального сердца и приподняла брови, но он лишь усмехнулся в ответ. А заранее не предупредил, полагаю, по каким-то весьма и весьма важным соображениям. Зачем же порывался закрыть на корабле? Или решение сделать меня своим «посланием» пришло после моего отказа остаться в стороне?
Я сосредоточилась на логических цепочках. Если не предупредил, значит, ждал некоей естественности. Видимо, действовать мне предстояло самой. Что ж. Тогда попробую поставить мышление нового знакомого с ног на голову. Во-первых, у меня это выходило неплохо, во-вторых, было желание услышать ответы на важные лично для меня вопросы, ну, и это единственное, что пришло в голову.
– Зачем воину силы с Запретной Горы послание? – обратилась я к Намгану. – Разве он не видит, что в душе человека? Разве он не знает, что послание пишет не цанпо? Разве не лжет он своим богам и людям, принимая ложь и отдавая ей название правды?
Намган от неожиданности побледнел, однако быстро взял себя в руки.
