Механик

Чуть позже, когда все подарки вручены, парни решают выйти на улицу размяться. Я отказываюсь, знаю, что почти все они курят. Не хочу травить ребенка никотином, поэтому остаюсь сидеть на диване.

Алла и Эля тоже уходят. Алла курит, а Эля не упускает ни одной возможности побыть рядом с Денисом.

Вскоре хлопает железная дверь и в гараж входит шатенка. Идет  в мою сторону, не спеша, словно давая мне возможность ее лучше разглядеть. Чем я и пользуюсь.

Красивая… И ростом повыше меня, и формы округлее, и ноги длиннее… Мужчины таких любят. Не удивительно, что Матвей ее в любовницах столько лет держал. У нее и опыта, наверное, побольше, чем у меня.

Только нет в ней стиля. Чистоты. Выглядит потрепанной и немного уставшей от жизни. Глаза яркие, но блеск в них нездоровый и взгляд недобрый.

– Поговаривают, что родители у тебя шишки… – склонив голову набок, произносит Алла, – и все эти проверки из–за тебя…

– Кто поговаривает?

– Все… – скалит ярко–вишневые губы, – вцепилась в Матвея клешнями, а мы все должны из–за этого страдать…

– Мы?.. – не сдерживаю смешка, – ты здесь вообще при чем?!

– Мы близки с ним много лет… у нас своя компания, свой круг общения, в который ты внаглую влезла… Его проблемы – мои проблемы! Ясно?!

Кровь бьет в голову. Я готова вцепиться ей в волосы, но нас разделяет стол. Вскочив, опираюсь о столешницу ладонями и подаюсь в ее сторону.

– Тогда и радость у вас должна быть одна на двоих! Можешь поздравить, у нас с Матвеем будет ребенок! Я беременна!

Она порывисто поднимается мне навстречу и приближает ко мне свое лицо. Белое, искаженное болью…

– Шустрая какая… тварь…"

"Мы сверлим друг друга взглядами, готовые сцепиться в любой момент. И да, я, считавшая себя миролюбивым человеком с устойчивой психикой, жажду ее крови. От моих укусов или царапин… не важно… я хочу, чтобы она раз и навсегда уяснила, что Матвея я ей не отдам!..

– Алла?..

Одновременно мы поворачиваемся в сторону Эли, которая стоит на пороге гаража, перескакивая взглядом с меня на Аллу и обратно.

Я прихожу в себя первая. Беру со стола коробку сока, наполняю свой стакан и сажусь на диван. Кровь в венах еще пузырится яростью, и лицо горит, но я беру себя в руки и пытаюсь вернуть себе самообладание.

Парни возвращаются практически следом за Элей. Но не в полном составе. Трое из них поехали по домам. Остались только Ден и Антон.

– Устала? – наклонившись к уху, спрашивает Матвей.

– Нет.

Я не уйду, пока здесь она. Буду сидеть до утра, если потребуется, но не пойду спать, пока помещение не проветрится от ее дешевых духов.

Он целует меня в висок, а я продолжаю давить на Аллу взглядом. Ей, наверное, больно. Скорее всего, Матвей был для нее чем–то большим, чем трах для снятия напряжения, как он сам же и выразился.