Механик

– Господи, ужас какой! – дрожащим голосом произносит Маша, едва мы оказываемся за пределами сервиса, – я думала, они нас изнасилуют!

– С ума сошла!

Заглядываю ей в глаза и вижу, что она реально напугана. Нижняя губа мелко дрожит, а в глазах блестят слезы."

"– Ты видела их?! – взвизгивает она, – они же отморозки! Особенно этот Ден! Он так смотрел на меня!..

– Не выдумывай!

Они действительно мало походили на парней, с которыми мы привыкли общаться, но изнасиловать… Нет, они не насильники…

– Как мы будем добираться до дома, Ань?..

– Сейчас такси вызову…

– Думаешь, в этот район ездит такси?!

Оказывается, ездит. Рено Логан забрал нас спустя тридцать минут с остановки общественного транспорта.

– Ты меня извини, Аня, – шепчет мне немного пришедшая в себя подруга, – но забирать машину я с тобой не поеду.

Это я уже и так поняла. Ее теперь туда никаким калачом не заманишь. Если честно, меня и саму потряхивает от мысли, что придется снова встретиться с этими людьми.

Людьми не нашего круга.

И с Матвеем.

Этот парень взбудоражил меня. Это пугает.

Расплатившись с таксистом, выхожу у ворот нашего дома. Настраиваясь на вранье, делаю несколько глубоких вдохов и выдохов. Мне повезет, если мать поверит, потому что обмануть ее, все равно, что обвести вокруг пальца детектор лжи.

Она судья. Романова Лариса Сергеевна. Не последний в нашем городе человек. О ее принципиальности и авторитарности слагают легенды. Читать людей, как раскрытые книги – ее профессиональная черта и обязанность. Кому, как не мне, знать это…

Ступая по вымощенной дорожке, пересекаю просторный двор  и поднимаюсь на переднюю террасу.

– Добрый вечер, – догоняет меня в спину, и я сильно вздрагиваю.

Из–за куста гортензии выглядывает голова Анатолия Ильича, нашего садовника. Он приходит к нам дважды в неделю, чтобы поддерживать сад в идеальном порядке.

– Здравствуйте, – облегченно выдыхаю я, – родители дома?

– Дома. Лариса Сергеевна только что приехали.

Меня всегда бесили отношения моей матери с подчиненными в стиле «помещик – крепостной», но ей самой они, похоже, льстили.

Захожу в дом, бесшумно разуваюсь и крадусь в сторону лестницы.

– Анна! – настигает меня голос мамы, – ты приехала? Я не слышала, как открылись ворота.

– Привет, мам…

Она стремительно подходит  к окну и отодвигает занавеску.