7
0Когда я представляла будущее, в котором парни меня не утащили, а я как-то сама устроилась, нашла работу, встретила хорошего человека… Вот тогда я бы хотела мужа-человека.
А в моей реальности это невозможно.
Марк это понимал.
Он смотрел взглядом опытного мужчины, который понимает, чего женщина хочет и что он может ей дать. Взгляд не по возрасту. Обычная семья мне уже не светит. Мы оба это знаем.
Я представила себе парнишку, который сделал мне предложение, а я переехала к нему и все бы забыли, что я та самая Оливия. И он никогда бы не вспоминал о моем прошлом, моих парнях, о моих слишком близких контактах с оборотнями. Это ложь, что существуют мужчины, способные закрыть глаза на то, что у его девушки был групповой секс с полу-людьми, полу-зверями. Три раза «ха».
С моей историей среди людей мне больше нет места.
Марк расстегнул манжеты рубашки, и я представила, что он мой муж. Как будто пришел с работы домой, а я его ждала и теперь стою и им любуюсь. Не уверена, что это про меня.
— А разве имеет значение, чего я хочу?
— От вас зависит, — он подошел и провел по щеке ладонью. Я закрыла глаза — приятная ласка, влекущая. Ласка мужчины, чьей женой хочется быть.
Я даже не поняла, на что он меня поймал. На какое обещание счастья?
Впервые с тех пор, как я ушла от мальчиков, мне хоть капельку понравился кто-то.
Глава 30
— Меня уже не примут, — вырвалось у меня."
"И с таким чувством, будто хотелось пожаловаться на всех тех, кто отказал мне в обществе. Причем еще задолго до того, как я оказалась в «Авалоне». Они бросили меня, когда умерла моя мама.
Марк не человек, я надеялась, он поймет. Поймет ту боль, что я ношу в себе многие годы. Боль одиночества, утраты и людского отчуждения.
Он гладил мое лицо, я положила пальцы на запястье и закрыла глаза.
— Неважно примут вас или нет, Оливия… Это вы должны принять себя. Признать, чего вы на самом деле хотите. Какой семьи. В ваших желаниях нет ничего постыдного.
Разве нет? За что же меня тогда осуждают?
— Любовь вам могут дать только такие, как мы, — продолжил он, не прекращая гладить. — Ту любовь, какая вам нужна. И я вам предлагаю дом, семью, покровительство.
В обмен на что? Он так и не сказал.
Я не богиня Баст, чтобы за меня бились два прайда. Я даже не оборотень. Зачем я им? Для чего делать меня счастливой? Не верю, что только из-за секса.
Но я с надеждой смотрела на него и молчала. Я очень хотела верить в сказку.
И знала, что сказок не бывает.
— Подумайте об этом, Оливия, — его улыбка обещала так много. — Я вызову такси, после ужина вас отвезут домой. Об остальном мы позаботимся сами. И завтра я бы хотел узнать ваш ответ.
— Хорошо, — ответила я.
Мне не было смысла торговаться.
Вернулся Александр, мне показалось, что все это время он просто стоял в коридоре, давая нам время поговорить.
