5
0— Ты о чем вообще говоришь? Соображаешь, нет? Лена, да у меня душа переворачивается, если кто-то на тебя косо посмотрит! Шторки падают если кто-то грубое слово тебе говорит! Ты вообще о чем просишь меня? О чем, блять?
— Не трогай его. — Повторила я, скривив губы, сдерживая рвущий душу всхлип отчаяния. — Антон, не вздумай касаться его. Пошел он на хуй. Ему жизнь и так все покажет. А я… не хочу, чтобы ты измарался в этом дерьме.
Он снова молчал. Щелкнула зажигалка, свидетельствуя о том, что он затянулся второй по счету сигаретой. Чувствуя, как сковывает дыхание приступ отчаяния, дрогнувшим голосом произнесла:
— Поклянись, что ничего не сделаешь.
Антон хохотнул, пустив зажигалку песьим хвостом между пальцев правой руки и выдыхая крепкий дым в окно.
— Поклянись, сука. — С нажимом повторила я, чувствуя, как слезы сбегают по щекам.
— Лен? — Антон обеспокоенно протянул руку, желая утереть с щеки влажную дорожку. — Ну о чем ты меня просишь, маленькая? Не плачь, пожалуйста… Сама посуди, как я смогу… как смогу … серьезно, у меня даже это слово сказать не получается…
— Поклянись!..
— Лен…
— Поклянись, блядь! — разрыдалась я, стыдливо опуская голову в колени, и часто всхлипывая.
— Я…
— Поклянись! — рывком повернулась к нему, вцепляясь в его кожаную куртку судорожными пальцами и не в силах сдержать животного отчаянного воя, уткнулась в грудь. — Пожалуйста! Пожалуйста, Антон!
— Хорошо. Хорошо, маленькая. — Он дрожащими руками обнял меня.
Дерущий смех сорвал рыдания. Антон такой Антон. Даже в такие моменты своего не упустит.
— И что… за машина?..
— Как насчет Ягуара? Давно нравилась эта тачка, но уж очень она женственная оказалась… Как раз под тебя…
Я очумело отрицательно помотала головой. Он мягко улыбнулся. Решив перевести разговор, наконец отстраниться от всего этого дерьма, негромко спросила, как он меня нашел.
— Мужик позвонил, который тебя сюда привез. У тебя телефон выпал у него в машине Он позвонил по первому номеру и объяснил ситуацию.
Антон оборвал себя. Медленно вдохнул и выдохнул, прикрыв глаза. Сжал мои плечи, поцеловав в висок.
Сходил и забрал Гармошку. Я оглаживала его ушки и целовала мордочку, сдерживая новый приступ истерики. Похоронили за городом. Антон настоял на больнице, сказав, что сегодня дежурит Зимина и она ни о чем не будет спрашивать.
Сашка профессионально осматривала и ощупывала меня в пустом смотровом кабинете, запертом на ключ.
