Игра в отрезанный палец

Только не говори, где мы и куда едем!

Ник, воспринявший сначала Виктора, как тихого и опасного человека-ловушку, расслабился.

Набрал номер Tatjany. Она оказалась дома. Рассказал, что должен уехать на несколько дней по делам. Вернется — сразу позвонит. Хотел было предупредить, что на ее адрес придет его чековая книжка и карточка для банкомата, но, покосив взглядом на Виктора, промолчал. Попрощавшись с Tatjanoi, подошел к окну, за которым горели легкие веселые огоньки Парижа. Из дома напротив доносилась музыка и на балконе, громко разговаривая, курили две девушки.

— А какого роста моя жена? — спросил неожиданно Ник, обернувшись к Виктору.

— В каком смысле?

— На себе покажи! — попросил Ник. Виктор вспомнил. Провел ладонью над ухом.

— Только я не заметил, она на каблуках была или нет… Кажется, без каблуков…

— Она не носит туфли на каблуках, — задумчиво кивнул Ник.

* * *До Стамбула Виктор и Ник летели в набитом до отказа «боинге», но потом, пересев на другой «боинг», отправлявшийся на Северный Кипр, они оказались практически в пустом самолете. Виктор насчитал двенадцать пассажиров и двух стюардесс перед тем, как уткнуться в иллюминатор, за которым были видны красивые, присыпанные снегом верхушки высоких гор.

На какое-то время он забыл о существовании Ника, сидевшего рядом. Забыл почти обо всем, рассматривая невиданной красоты горы. Самолет поднимался все выше, но горы не уходили вниз, расстояние между ними и самолетом словно бы и не увеличивалось, будто они поднимались в небо одновременно.

Круглолицая стюардесса-турчанка предложила турецкого красного вина из большой литровой бутылки. Виктор кивнул. Ник тоже. Этот кивок напомнил Виктору о Нике. Вернул в реальность. И тут же реальность задала его мыслям два вопроса: как там Ира и Яночка и нашли ли ребят…

Пальцы дотронулись сквозь ткань куртки до мобильника, лежавшего в кармане."

"Виктор подумал, как все-таки он рассчитывает на помощь этой мыльницы, способной говорить голосом Георгия. Вот и сейчас было бы хорошо, если б зазвонил телефон и сообщил что-то Виктору. Это бы добавило не только ясности по поводу этого полета. Этот звонок добавил бы ему самоуверенности.

Покосил взглядом на Ника, спокойно попивавшего вино.

Впереди показалась вторая стюардесса, толкавшая металлическую тележку с обеденными подносиками.

Виктор облизнулся.

То ли турецкое вино разбудило чувство голода, то ли он действительно был голоден, просто не думая о еде.

Молча съев предложенный обед, они продолжали думать каждый о своем.

Ник пытался разобраться в себе, в своих чувствах. Его возросшая уверенность в том, что и жена, и сын остались живы, порождала новые вопросы.