Компот из запретного плода

Да не молчите, или мне сейчас к вам домой заявиться?

– Нет! – в ужасе завопила Нинель.

– Отчего же? – саркастически поинтересовался мужчина. – Одна сидите, Федор Михайлович в командировке, вернется через три месяца.

– Приказывайте, куда прибыть, – от шока перешла на лексику мужа Нинель.

– В скверик на Пушкинской площади, – спокойно назвал место баритон, – сядете на скамеечку, найду вас сам.

На дворе шпарило августовское солнце, москвичи шли в легкой, почти невесомой одежде, а Нинель Митрофановну колотил озноб, согреться не было никакой возможности, ни в душном метро, ни на раскаленной площади несчастной генеральше не стало теплее, руки у нее превратились в ледышки, а ноги в задубевшие поленья.

Кое-как дойдя до свободной лавочки, Нинель плюхнулась на деревянное сиденье и принялась с ужасом оглядывать присутствующих. Отчего-то ей подумалось, что баритон – ровесник Александра Михайловича, ему, наверное, лет сорок… Таких мужчин на площадке не оказалось. Нинель слегка расслабилась и вдруг сообразила: господи, Дегтяреву сорок было в том году, когда Нинель мотала срок, сейчас ему намного больше, жизнь-то катит вперед.

– Здрассти, – неожиданно прозвучало сбоку.

Нинель вскочила и прижала ладонь к груди.

– Да вы сядьте, – ласково сказал довольно молодой, лет двадцати пяти, человек, – чего испугались? Мне дедушка вашу фотку показывал, совсем почти не изменились, даже волосы не поседели.

– Я их крашу, – неожиданно для себя объяснила Нинель, – это очень просто.

– Дедушка вам привет передает, – оборвал ее паренек.

– Кто? – прошептала Нинель.

– Дегтярев Александр Михайлович, – спокойно пояснил парнишка, – я, кстати, его полный тезка, назвали в честь дедушки Сашей, а отец у меня Миша, вот и получился опять Александр Михайлович Дегтярев.

Перед носом переставшей что-либо соображать Нинели появился раскрытый паспорт.

– Дегтярев Александр Михайлович, – прошептала Нинель. – Он жив?

– Кто, я? Конечно, – откровенно издеваясь, заявил внучок.

– Нет… он…

– Дедушка?

– Да.

– Нормально себя чувствует, – улыбнулся юноша, – возраст над ним, похоже, не властен. Ладно, давайте к делу. Вы список имеете, теперь надо всех объехать и то, что дедушка на сохранение оставил, забрать, ему деньги нужны, срочно.

Нинель вздрогнула.

– Нет списка.

– Как это? – нахмурился Сашок.

– Списка нет, – исторгла из себя Нинель.

– Где же он?

– У другой женщины.

– Какой?

– Ну, бывшей его, – Нинель Митрофановна сообщила заученную информацию, – улица…

– Так вам же было велено взять его у нее! – рявкнул Сашок, сжимая кулаки.

– Д-да.

– И что?

– Забыла, – пролепетала Нинель.

– Забыла? – повторил Сашок.