По крайней мере, мгновенно.
Но чтобы потом не мучиться, решил влить побольше энергии в мышцы ног и ускорился. Белмор посмотрел на меня, и тоже решил бежать побыстрее, всё же когда Архимагистр лекарь ускоряется, лучше не думать о причинах этого, а просто последовать его примеру. И каково же было мое удивление, когда меня, усиленного и ускоренного, обогнали все мои бойцы. В том числе и тот, со сломанной ногой.
***
Виктория поняла, что она заигралась, только когда из-за камней ей навстречу вышло двое пиратов, а один появился прямо за спиной. Засада… Впрочем, девушка понимала, что виновата в этом сама.
Правда, те, что появились впереди, оказались слабаками. Они хотели взять ее живьем, за что и поплатились. Ведь напитанный магией смерти клинок, пусть и оставил лишь царапины на их телах, но улыбки с их лиц пропали в ту же секунду.
— Хех, какая у меня симпатичная добыча, — оскалился третий, что стоял у Виктории за спиной, наблюдая за смертью своих подчиненных.
Здоровенный двухметровый амбал, широкоплечий, мускулистый и загорелый. Надет на нем был кожаный жилет, грубые штаны, и, собственно, всё. На шее висели золотые цепи, а пальцы сплошь украшены огромными перстнями.
Виктория пока не научилась распознавать артефакты, но всё равно учителя привили ей привычку сразу проверять противника на магический фон.
"Отвечать графиня не стала, лишь помотала головой и сразу бросилась в атаку. И пусть пират оказался непростым, но даже так девушка чувствовала, что дерется с ним, как минимум, на равных. В ход пошел весь арсенал, которому Виктория обучилась за последнее время. Она чувствовала, насколько стала сильнее после этих уроков.
Немало полезных знаний ей дал Михаил, пусть он и не совсем по ее профилю. Но Белмор смог не только обучить базовому набору заклинаний, но и заставил отработать их так, что теперь все они применяются на автоматизме, как-будто сами собой.
Поначалу пират даже опешил, когда вместо обычной атаки девушка использовала сгусток смерти. Она метнула его в лицо противнику, но тот рассек заклинание заряженным клинком. После чего в его барьер вонзился покрытый черной дымкой клинок.









