Язва

Приходилось садоводам дежурить по очереди, обходить по ночам участки, наперевес с общественным дробовиком, заряженным мелкой дробью. Но это осенью, весной незваные гости редко беспокоили.

Андрей к садовому увлечению Фёдора Ивановича относился скептически. Есть гораздо более интересные занятия, чем проводить дни, упёршись пятой точкой в небосклон. Когда Совмин постановлением «О коллективном и индивидуальном огородничестве и садоводстве» разрешил советским гражданам иметь в личной собственности целых шесть соток и ставить на них домик, энтузиастов нового движения оказалось немерено. Участков на всех желающих не хватало. За заветные сотки разворачивались нешуточные сражения. Знакомства с членами правления коллективных садов ценились наравне со знакомствами с товароведами обувных магазинов и завотделами в гастрономах. При том, что сады не предназначались для отдыха граждан. Это вам не почитаемые русской интеллигенцией дачи. Безответственное лежание на травке или в гамаке осуждалось, вплоть до исключения из кооператива. Личные хозяйства были предназначены для преодоления продуктового дефицита. В садах полагалось усиленно трудиться. Как обычно, всё регламентировалось и ограничивалось. Вплоть до количества и сорта кустов смородины. Капитальное строительство запрещалось. Домики разрешались одноэтажные, без подвалов, ограниченной площади. Для расширения жилого пространства предприимчивые садоводы устраивали мансарды под четырёхскатными крышами: на самом деле это были полноценные вторые этажи.

В прошлом году Фёдор Иванович тоже построил такую мансарду своими руками, чем несказанно гордился. Отметить завершение строительства пригласил бригаду, они славно посидели и даже шашлыки пожарили. За забором, конечно, чтобы соседей не возбуждать.

Сад был единственной и неизменной любовью одинокого водителя. Он называл его «садовым раем». Любовь была взаимная: осенью участок приносил богатый урожай. В сентябре Фёдор Иванович брал отпуск, жил в домике, охранял урожай от набегов, заготавливал консервы на зиму. Мечтал после выхода на пенсию переселиться в «садовый рай» и приезжать в город только за покупками.

Главные ворота были заперты изнутри. Андрей посигналил, постучал, покричал. За воротами царила безмятежная тишина, даже Полкан, пёс сторожа, сегодня молчал. Андрей знал потайную калитку, открывающую выход в лес прямо с участка водителя. Поэтому оставил попытки разбудить сторожа, запер машину и пошёл вдоль забора. Калитка наверняка тоже заперта, но уж до Фёдора Ивановича он докричится."

"Калитка была открыта. Это удивило Сергеева. Аккуратный и обстоятельный Фёдор Иванович её всегда запирал изнутри на врезной замок.