28
0
— Стоп! Не убивать! — рявкнул Николай, поняв, что диверсанты уже не представляют опасности.
— В смысле? — удивился орк, что уже занёс свой огромный топор над шеей придавленного к земле мужчины. Тот же просто лежал и улыбался, видно, что погибать ему не впервой.
— В коромысле! — толкнул его в плечо товарищ. — Вождь сказал, а ты выполняй, дубиноголовый."
"— Ты ща договоришься, дубиножопым станешь! — рыкнул тот, но топор всё же опустил. — А чё не убивать-то? Там очков до жопы отсыпает за каждого!
— Допросим, — улыбнулся мэр. — Разоружите и доставьте в ратушу.
Всё же люди почему-то не хотели, чтобы их разоружили и уж тем более куда-то доставляли. Один и вовсе успел резануть себе по горлу спрятанным в сапоге ножом и отошёл в мир иной. А точнее, отправился на перерождение к себе в город.
Помогал Николай тем, что подходил к выжившим и тыкал им в зад копьём. Паралич срабатывал мгновенно, и это позволяло спокойно стащить с людей броню, а также запеленать их в верёвки, словно куколок.
Так что уже через пять минут перед Николаем выстроилась шеренга из надёжно зафиксированных бывших диверсантов.
— А теперь тащите их в тюрьму… — снова улыбнулся мэр, направившись в сторону ратуши.
По пути пленные как-то пытались убить себя. Вот только связали их довольно плотно, и потому им оставалось лишь извиваться. У них осталась возможность разве что, применять навыки, и потому по пути один из орков-носильщиков отправился на перерождение.
Но его товарищи быстро объяснили ретивому диверсанту, что так лучше не делать. И своими огненными шариками ему пользоваться не стоит, а то его немного другие шарики быстро уйдут с молотка.
А стоило пленникам оказаться в камерах, так и вовсе все попытки как-то освободиться или убить себя прекратились. Это сразу показалось Николаю странным, и потому первым делом, оставив в тюрьме побольше охраны, отправился к информационному НИПу.
Тот и поведал, что заключённые в любом случае будут возрождаться в тюрьме. Понятное дело, только если у них есть это самое возрождение. В противном случае умрут окончательной смертью, никто платить за них не будет.
— Удобно, — отметил про себя парень.
Следом он снова направился в тюрьму и, выпроводив оттуда всех лишних, попытался начать допрос.
— Ой, да иди ты на хер! — плюнул в него бывший диверсант, но кровавая слюна повисла в сантиметрах от лица Николая. Щит он активировал на автомате, да и, вообще, не хотелось потом отмываться от этой дряни.
— Ты же понимаешь, что рассказать в любом случае придётся, — пожал он плечами. — Не ты, так другие расскажут.
