Ярослава и Грач

Сейчас Яра еще могла все отыграть. Разобрать сумку. Сделать вид, что ничего не было. А вдруг вечером они и правда поговорят, и это будет тот самый разговор, который изменит все?

Она резко мотнула головой. Не изменит. Одиннадцать лет она говорила. Кричала. Но все их разговоры ни к чему не приводили. Этот будет таким же. Одиннадцать лет при нем она училась жить без него. И, кажется, научилась.

«Прости, мам, — подумала она, оставляя записку на его подушке. — Но говорить помогает, только если партнер хотя бы пытается тебя услышать. И что я должна сделать, чтобы он попытался? Выйти через окно? Нет…»

Зато теперь у него просто не будет выхода.

Ибо им много что предстоит обсудить. Будущее представлялось зыбким и неясным. И вдруг стало едва ли не радостно. Впереди ее ждала свобода. Яра достала из ключницы ключи от дома родителей. Из прихожей бросила последний взгляд на их квартиру. Она любила ее. Гриша купил ее до свадьбы, но выбирали они вместе. Она была чуть дороже, чем они планировали. Но они зашли и не захотели выходить. И потом Яра потратила очень много сил и времени, чтобы свить здесь гнездо. И в памяти этой квартиры хранились хорошие моменты. Но их оказалось недостаточно, чтобы перевесить все то, чего Яра ждала от мужа, но так и не дождалась.

Хлопнула дверь, отрезая почти двенадцать лет ее жизни.

У подъезда стояло такси. Яра посадила дочь в детское кресло, закинула сумку в салон и села сама.

Такси выехало со двора.

Сообщение пришло в полвосьмого вечера.

«Привет. Вы гуляете?»"

"Видимо, после этого Гриша зашел к ним в спальню, чтобы переодеться, потому что почти тут же зазвонил телефон. Она должна была ответить. Ей в любом случае нужно было пройти этот путь до конца.

Но она не могла вспомнить, когда еще так боялась. Потому что сейчас она боялась Гришу. Того, что он мог ей сказать. Того, что он мог уговорить ее сделать. Вернуться. Звонок прекратился, но тут же раздался снова. Яра глянула на дочь, которая смотрела мультики, и вышла в соседнюю комнату.

— Вы в порядке? — гаркнул в трубку Гриша.

Это было нечестно. Он был обязан начать с другого. Кричать, ругаться.

— Да, — ответила она. — У нас все хорошо.

Услышала короткий выдох, а потом Гриша почти спокойно спросил:

— Где вы?

Она готовилась к этому разговору.

И все равно оказалась ни черта к нему не готова.

— Гриша…

— Просто скажи мне, где вы, я приеду, и мы все обсудим.

Наверное, не стоило соглашаться.

— У моих родителей, — ответила Яра.

Была определенная доля везения в том, что сейчас они были в Тридевятом.

Он приехал через двадцать минут. Зашел в квартиру, прошел мимо Яры, несколько секунд смотрел на Майю, которая все еще изображала идеального ребенка, сидя на диване перед телевизором, потом повернулся к ней.

— Пойдем на кухню, поговорим.

Яра кивнула.