13
0"
"Надежда на то, что его отец и братья живы, и нить единой королевской крови рода Бурых приведете его к ним, и найдет свое спасение в бушующем океане подступающей боли и ужаса.
…не нашел.
Как бы он не прислушивался к себе, а больше не мог найти обратной связи, которая соединяла его с кровными родственниками особой золотой нитью. тянущейся всю жизнь…до смерти.
Я содрогнулась всем телом, видя, как великан пошатнулся, тяжело закрывая глаза и выпадая из реальности, когда все стало темным и блеклым, оставляя лишь кричащую боль, которая вырывала внутри него куски сердца и плоти, выплевывая кровь и дробя кости.
Эта боль была самым страшным зверем, от которого не было спасения, сколько не кричи и не бей себя по груди, стараясь убить его.
Я ощущала каждый оттенок этой боли до кусающих разрядов на холодной кожи!
До нервной дрожи в кончиках пальцах!
До слез, которые застыли в глазах, не позволяя мне пошевелиться и моргнуть, иначе я бы разрыдалась.
Все чувства Грома были так близки к моим, что казалось, словно моя незаживающая рана снова раскрылась, выпуская весь тот гной и чернь, которые не давали мне покоя, превращая жизнь в бесконечный ад!
Да, он чувствовал себя виноватым в смерти своей семьи.
Не мог простить себя за то, что не услышал, не понял об их кончине, понимая это только сейчас.
Это был удар такой силы, который не пройдет и спустя много лет, даже когда будет казаться, что ты сможешь спать, не просыпаясь от собственных криков, бегая по бесконечному черному лабиринту снов, в котором будешь искать своих любимых, думая и надеясь, что они все еще живы, и каждый раз умирая с рассветом снова и снова в понимании того, что в реальности всё иначе…
Но теперь у меня была семья и моя поддержка с золотыми янтарными глазами, которые стали лекарством израненной душе и сердцу, когда впервые за долгое время я смогла дышать спокойно и ровно, не боясь смотреть вперед.
А у Грома не было никого…
-..уходите, — глухо выдохнул великан, с кричащей пустотой в глазах, разворачиваясь к нам спиной и уходя в свой дом под разъяренный взгляд отца, который не ожидал ничего подобного, пока рвал глотку в попытках докричаться до того, кто был нам так нужен.
— Ну-ка вернись сюда!
С яростным воплем кинулся за Громом отец, когда на его дороге встал Буран, глядя в глаза тяжело и предупреждающе, явно давая понять, что так просто и без боя на порог этого дома не ступит никто! Даже наш громогласный и великий король рода Полярных!
— Он же ясно сказал, чтобы вы уходили, — хоть и спокойно, но с угрозой в голосе проговорил мужчина, чья шикарная каштановая шевелюра не уступала Грому, а глаза были цвета красного дерева, в лучах зимнего солнца отдавая даже красноватыми теплыми бликами.
