Я – первый

А когда Басаев, выполняя заказ, с отрядами наемников в 1999 году ударил в Дагестан, пробивая Ичкерии путь к морю через российские территории, Москве пришлось соответственно реагировать на это вооруженное нападение.

Простые чеченцы, утомленные двухгодичной войной, а еще больше трехлетним перемирием, неохотно брались за оружие.

* * *Я все-таки посмотрел, кого это так настойчиво зовут, и не удивился. Не меня, конечно. Обращались к стройному, высокому человеку средних лет в штатском темном костюме, который удалялся от центрального входа МВД в сопровождении трех его людей.

Молодые люди настороженно крутили головами по сторонам и держали автоматы наготове даже в глухом, закрытом высоким бетонным забором дворе министерства, который охранялся очень хорошо.

Я видел только фигуру этого человека, разлетающиеся полы пиджака и черные стриженые волосы на затылке.

«Охрана у подполковника? – подумал я. – Однако!.. Может, мне тоже потребовать личный конвой?» Я ухмыльнулся, но потом сообразил, что, конечно, подполковник какая-то важная шишка, раз его охраняют. Ну да хрен с ним…

И тут подполковник наконец обернулся.

– Ахмат Акболатович, совещание у министра перенесли! Начнется не в три часа, а в два! – громко доложил ему дежурный по министерству с крыльца и попытался принять строевую стойку, старательно прижимая руки к своим полноватым бедрам.

Человек в штатском энергично махнул рукой (понял, мол!) и отвернулся, собираясь продолжить движение.

– Ахмат! – теперь уже окликнул я. – Ахмат…

Подполковник с недоумением оглянулся и замер на месте. Я, поправив автомат на плече, решительно двинулся к нему.

Пока я подходил, паренек из охраны Ахмата сместился влево, закрыл его корпусом и встал прямо передо мной.

Он, словно бы ненароком, опустил руку на предохранитель. Двое других охранников разом шагнули в стороны, и я в секунду оказался под прицелом трех автоматов.

Я не дошел до него пять или шесть метров и остановился. Кто их знает, этих вояк, может, у них есть приказ стрелять на поражение сразу, если ситуация им покажется подозрительной. Старший охраны оглянулся на подполковника. Тот продолжал напряженно всматриваться в меня.

– Сергей? – наконец неуверенно спросил Ахмат и наморщил лоб.

 – Сергей, ты?

– Я, Ахмат, я. Тебе трудно узнать меня. Я без бороды и усов, а это здорово меняет человека…

Ахмат Акболатович (надо же!) торопливо обошел своего охранника, стоявшего как столб у него на пути, приблизился ко мне и молча обнял.

* * *– Давай перекурим, Ахмат.

Я выпрямился и перевел дух. Большая тарелка с наваристой шурпой, стоявшая передо мной, опустела. Косточки от мяса я аккуратно складывал на краешек стола.

– Скажи, чтобы принесли чай.