Столько свидетелей, мама родная…
– Я видела! – вдруг проговорила громко девушка, сидевшая рядом со столиком, где мы с Артуром только что нарушили общественный порядок и устроили побоище с нанесением тяжких телесных, да еще находясь в состоянии алкогольного опьянения.
Я, Артур и седой чеченец с интересом посмотрели на нее.
– Что ты видела? – хрипло поинтересовался у нее Артур.
– Как эти двое напились до такого состояния, что подрались между собой! Вот что я видела! – звонко произнесла она. Сидевший рядом с девушкой парень изумленно глянул на нее.
– Правильно, пить надо меньше! – поддержала ее полная крашеная блондинка, которая прекрасно рассмотрела все поле боя, так как сидела прямо за спиной Артура.
– Приезжают сюда и делают что хотят! У себя там пейте и деритесь! – добавил ее пожилой представительный спутник и брезгливо глянул на два лежавших тела. – Совсем распоясались!
– Это безобразие! Где милиция? Вызывайте милицию, избавьте нас от этих хулиганов! Напьются, дерутся, а потом валяются тут под ногами!
Общий хор возмущенных голосов раздался в кафе. Кто-то из официанток торопливо пробежал в подсобку.
"Я облегченно выдохнул. В Багдаде все спокойно, проходите мимо. Раз заявления не будет, то ничего и не произошло. Правда ведь, товарищи прокурорские?
* * *В гостиницу ко мне мы не пошли. Отойдя от кафе на приличное расстояние, я увидел, как к нему прямо через травяной газон подъехали два раскрашенных в бело-голубой цвет «уазика», и к двери, над которой сверкала мигающими разноцветными лампочками забавная фигурка повара, кинулись молчаливые темные фигуры.
Такая оперативность меня не удивила.
Мы присели на лавку в самом центре нарядного пешеходного потока.
Артур, насупившись, сидел молча, положив руки на колени. Я закурил и с удовольствием подставил лицо свежему ветерку. Тело слегка подрагивало, но не от холода, а от уходящего из крови адреналина.









