4
0
— Валь, если ты сейчас начнешь блажить, что не можешь на мне жениться — я тебя прибью, — ласково-ласково сообщила, потягиваясь. — Запомни: ты — мой. Собственница я. Чтоб никаких: «Если конь не нагулялся — не поделаешь ничо»*
— Ангел!!
— Ангел, Ангел…. Кому там до свету не спится? Как думаешь — надо нам с ними встречаться?
— Нет… Так ты согласна?!
— Ва-аль! А давай на раз-два-три? И к матушке в Обитель! Она ж имеет право?
— Имеет… Но как же?!
— Ва-аль!
— Понял!
Вихрь прошелся по спальне Вальен-таля. Рекорд — две минуты. Я в его тунике — для разнообразия, в новой. Белой. И в новеньких штанишках — прикупил, оказывается, недавно, отдать забыл. На ноги — теплые узорчатые носочки матушкиной работы. Сам — в такой же тунике, только темной. Брюки, сапоги.
Ага! А я — в носочках!
— Прости, Ангел, искать некогда!
А простынку с собой прихватил. Меня под мышку, и вот мы уже в кабинете матушки. Настоятельницы Обители.
— Валико, сынок, что случилось?
— Матушка, вот, — и свидетельство нашего грехопадения ложится на стол.
— Ох, дети-дети…. В Святилище?
Мы в Святилище. На беломраморном постаменте фигура женщины. Окна в Святилище расположены так, что солнечные лучи постоянно освещают статую Пресветлой, игрой теней и света создавая иллюзию жизни. Пресветлая смотрит на нас, коленопреклоненных, и улыбается ласково. Кажется, что сейчас Она возложит на наши склоненные головушки легкие руки и вздохнет.
— Ох, дети-дети… Прощаю поспешность вашу…. Валико, береги дитя моего сердца. Ангелика заслужила счастье. Ангел, не обижай возлюбленного сына моего. Он достоин твоей любви, девочка!
Это с нами сама Пресветлая беседовала?!
Склоняю голову еще ниже. Спасибо, Матушка! Сделаю все, что смогу! Не оставь детей своих милостью своею…. Благослови на долгий и счастливый брак!
— Благословляю!
И упоительный запах полевых цветов: медвяной кашки, ромашек, еще каких-то. Названия я помню смутно. Да и пусть….
— Как только появится возможность — принесу тебе, Матушка, самый большой букет, какой только смогу собрать! — клятвенно обещаю я.
Следом за рукой Валико поднимаюсь с колен, оглядываюсь.
Святилище полно насельниц, и все они с восхищением смотрят на нас, перешептываются и улыбаются. Матушка — настоятельница не стирает слез. Торопливыми ручейками они бегут по ее щекам, а глаза сияют такой радостью и счастьем, что хочется броситься к ней, обнять и прижаться к мокрой щеке.
— Сама Пресветлая благословила ваш брак, — говорит она подрагивающим голосом. — Будьте счастливы, дети мои!"
"Этот день мы провели в Обители. Насельницы на радостях закормили до одышки. Оказывается, мы прибыли в какой-то из главных праздников именно этой Обители. Венчание, да еще и благословленное самой Пресветлой, стало неким знамением.
