2
0
Потому что сказать хоть что-то надо. Может, она засомневается? Хотя нет — довольная кошачья улыбка не сходит с пухлых губ баронессы.
— Я немного переделала артефакт, но на основную функцию это не повлияло. Он со стопроцентной гарантией обнаруживает кровь Филиновых.
Блин, и насколько серьезно я попал?
— А что вы переделали? — говорю, чтобы хоть что-то сказать.
— Так, по мелочи, например, убрала отслеживающую функцию, — она усмехается. — Точнее, прибор навела на ложный след. Не волнуйся, спаситель. Даже если бы артефакт полностью работал, тебя некому было бы искать.
Час от часу не легче. Меня больше волнует, что теперь делать.
— Царь все еще охотится за Филиновыми?
— Давно уже нет, — отвечает баронесса, снова отойдя к столу. Она опирается о столешницу, юбка плотно обтягивает выпуклые бедра. Тело юной девушки нависает надо мной. — Ты можешь заявить о наследстве, но лучше подготовиться.
— Как именно?
— Стать сильнее, — улыбается Жанна. — С моей помощью. Я готова взять тебя в ученики.
Ох, ё… Учиться у могучей социопатки, не жалеющей даже свою дурную родню? Я даже не знаю, что сказать.
— Я должен подумать, — самый правильный сейчас ответ.
— О чем тут можно думать? — вскидывает брови баронесса. — Я сильнее любого Грандмастера. Лучше меня тебе никого не найти! Это щедрое предложение, мой спаситель. И никто другой из сильных телепатов его тебе не даст.
— Я должен подумать, хочу ли быть Филиновым, — пожимаю плечами. — Их земли, наверняка, уже разделили между собой другие рода. Оспаривать их право чревато.
— Кхм, а ты дальновидный, — успокаивается Жанна. — Почти всё разделили, ты прав. Но не родовое гнездо Филиновых в Подмосковье. Усадьба стоит пустая. Там сотни ментальных ловушек, и никто чужой не сможет там заселиться.
Неплохая зацепка для размышлений.
— Спасибо, Жанна Дмитриевна, — я встаю и кланяюсь. — Вы открыли мне мое прошлое, это бесценный дар. Я постараюсь обязательно его оплатить.
— Значит, моим учеником ты не надумал быть, — хмыкает баронесса. — Со мной у тебя получилось бы достичь вершины силы. Мы могли бы поставить на колени всё Царство.
А это уже откровенным бунтом попахивает. Ну нафиг такие перспективы.
— Мне нужно подумать, Жанна Дмитриевна, — я продолжаю вежливо, но настойчиво отказывать. Аккуратная работа. Неправильное слово — и хана. Эта женщина способна стереть меня в порошок одной мыслью. — Сами понимаете, слишком многое на меня навалилось, — грустно вздыхаю.
— Да, конечно, спаситель, — понимающе отвечает баронесса, сочувственно посмотрев на меня. — Что ж, пусть так.
