Я – маг огня!

Дрон понял это и, коротко кивнув, вышел под свет софитов.

Соседки же с интересом посмотрели на меня.

А затем Лори задала вопрос… Вернее, хотела задать, но Дрон, начавший исполнять арию, громко, старательно, но даже для меня, у которой отсутствует слух, фальшиво, перебил ее.

– Ком… – начала Лори.

– О, горе мне-е-е! – протяжно взвыл приятель.

– …у… ты усп… – попыталась продолжить кучеряшка."

"– В чужой стране-е-е, – старательно измывался Дрон над ушами собравшихся. И зачем только на него столько картошки, лимонной воды с сахаром, горчицы и своих нервов перевела? Приятель и так бы отлично справился с тем, чтобы налажать.

– …ела насолить?

– Я ничего…

– Скитаюсь я-я-я, – меж тем разливался спившейся вороной Дрон.

– …не ела, – отозвалась Лори, подумав, при чем тут перекус.

Но кучеряшка, уличив момент, когда Дрон набирал в грудь воздуха для нового захода, протараторила:

– Кому ты успела насолить?

Мне хотелось ответить, что уже многим, но я не могла: спасибо приятелю.

Дара поступила проще: взяла меня и Лори за руки и потащила к выходу. Распотрошённый стул остался стоять у выхода на сцену.

Когда мы вышли из зала, то тишина коридора показалась оглушающей.

И только спустя несколько секунд уши начали различать звуки. И первыми из них были те, что сложились в вопрос Лори, который она задала уже в третий раз:

– Так кому ты перешла дорогу?

– Почему именно перешла? – удивилась я.

Меня, конечно, тоже удивил необъезженный стул, но вдруг это какая-то ошибка. Но соседки дали понять: нет. Судя по всему, кто-то, точивший на меня зуб (или нож!), узнал о моем номере и подготовил реквизит с сюрпризом. А поскольку я смотрелась, по словам соседок, весьма органично в образе гарцующей наездницы, то никто и не понял, что это не постановка.

Догадались лишь соседки, которые знали, что я должна была петь. Потому и среагировали раньше Дрона: у них был гораздо больший опыт как в плане организации подстав, так и их обнаружения. И Лори, и Даре за годы учебы в академии досталось «приятных сюрпризов» и «доброжелателей».

– Потому что по доброте душевной зачарованные кости необъезженных коней в стулья не подкладывают, – авторитетно заявила Дара. – Это могут сделать исключительно верные враги, не жалея на неприятности для тебя ни сил, ни времени, ни ногтей.

– А ногти-то тут при чем? – Из всей речи некромантки они отчего-то произвели на меня наибольшее впечатление.

– Ты когда-нибудь кости от трупной плоти отдирала руками?

Я замотала головой: такого в моей биографии еще, хвала небесам, не было. А вот у Дары было, и не раз. Поэтому она могла утверждать со знанием дела: кому-то я сильно насолила.

– Тот, кто это сделал, рассчитывал, что как минимум ты сломаешь себе кости. В перспективе самые важные – шейные позвонки.