Я куплю тебе новую жизнь

Приговаривая, что строгий стиль Егору очуметь как к лицу, шутливо сетовала на свое давнее счастливое замужество. Аллочка уверяла, что на всех официальных мероприятиях, где присутствует пресса, нужно выглядеть представительно. Впрочем, еще ни разу эта болтливая дамочка не попала впросак.

Однообразная атмосфера подобных пресс-конференций давно не вызывала в душе Аравина каких-либо эмоций. Как сказал ведущий, все по протоколу. Встретив вопрошающий взгляд Труханова, кивнул, давая тому возможность ответить первым.

– Я хочу заметить, – начал Динамит, пристально оглядывая публику, – что бокс… в какой-то мере – война. Если на твою территорию нападают, ты обязан защищаться. И не важно, кто твой противник. Друг, брат, сват… Все это потом. После боя. Цель одна – победа. А победителей, как говорится, не судят.

– Это довольно жесткая позиция, Андрей, – хмыкнув, прокомментировал ведущий. – Какой будет ответ, Егор?

Аравин, миновав обращающегося к нему проводящего, прошелся холодным взглядом по ухмыляющемуся лицу Труханова. Какую бы апатию ни вызывало наглое заявление соперника, здесь вторую щеку не подставляют.

– Если Динамит определил мне роль завоевателя, я буду атаковать. Это то, что я умею. Такова моя работа, – уверенно поведал Аравин."

"Динамит не являлся для него темной лошадкой. Задолго до заключения контракта наблюдал за ним. Знал, что он собой представляет, как боксер. Самоуверенность, грязная игра вне ринга, неукротимая целеустремленность. Труханов из тех, кто прошел по головам. Только и Аравин в достижении цели не гнушался изнуряющей работой над собой.

Преимущество Егора перед многими действующими профессиональными боксерами заключалось еще и в том, что он буквально вырос на ринге. Прошел бесчисленные часы подготовки. Стержень внутри него костенел под воздействием боли, упрямства, гнева, мозолей, опыта, разочарования, отчаяния, триумфа... Именно там, в клетке ринга, сформировался характер Аравина. Сдирая кожу в кровь и обрастая шрамами, вынес для себя основополагающие уроки. За четырнадцать лет он настолько привык к миру бокса, что сейчас необходимые реакции выстреливали автоматически. Ему не нужно было бахвальствовать и скрывать свою неуверенность, потому что в действительности он дышал силой. Ощущал свое физическое и психологическое превосходство.

По залу прокатился ряд вопросов и возгласов, но ведущий громким постукиванием по микрофону остановил нетерпеливых журналистов.

– Я, как никогда, уверен в своих силах, – заговорил Труханов, подстраиваясь под им же заданную волну. Фальшивая улыбка растянула свирепое лицо. – Мы с тренерским штабом уже начали изучать бои Аравина. Моя победа, – сделал акцент на первом слове, – дело времени.