Я куплю тебе новую жизнь

– Настя?!

– Боже, Артем! Что он мог мне сказать? – заорала в свою очередь. Ее сейчас бесило в нем все! Манера называть ее Настей. Привычка скидывать свое плохое настроение на других. И больше всего, постоянные придирки к Егору.

– Ты после встречи с ним всегда расстроенная ходишь, – упрямо заявил Артем. – Думаешь, я не замечаю?

– Я думаю, что ты крайне преувеличиваешь, – холодно произнесла Стася, как всегда быстро перегоревшая к ссоре. Скрестив руки на груди, отвернулась к экрану. – Перестань грузить меня, Артем. У меня нет настроения спорить. Даю тебе две минуты, чтобы решить, хочешь ли ты остаться.

Решение Соколовского не удивило Стасю. Он остался. Перемотал фильм. Только вот расслабленного вечера не получилось. Сердитое сопение и напряженное молчание на протяжении часа не способствовали эмоциональному отдыху. Попкорн остался в миске нетронутым, а многие детали фильма прошли мимо них.

– Что за жуткий цвет помады у Джей! – неожиданно подал голос Артем, практически в самом конце.

– Это марсала, – машинально пояснила Стася сиплым после долгого молчания голосом.

– Что?

– Глубокий винный цвет. Называется марсала. Модный сейчас.

– Кажется, я видел его на Нине Михайловне…, – припомнил парень. – Та сумасшедшая сумочка и платок!

Стася улыбнулась, кивая.

– Ага, Нина Михайловна – сумасшедшая модница.

– Она, в принципе, сумасшедшая!

– У нее и брюки такого же цвета есть.

Соколовский прыснул, а Стася к нему присоединилась, дополняя его громкий хохот звонкими переливами смеха. Вот только сквозила в их привычном веселье остывшая недосказанность.

***

Телефон зазвонил, когда Сладкова уже лежала в постели. Один быстрый взгляд на дисплей, и Стасю обуяла такая грусть, хоть плачь! В душе поднялась вся упрятанная за день тоска.

– Алло, – сдавленно приняла вызов.

– Что с голосом? – тут же заметил Аравин.

Рассматривая белоснежный потолок, нервно елозила пяткой по кровати.

– Ничего. Просто тоскливо. Я скучала по тебе весь день, – сказала, а потом пожалела. Не слишком ли она ему навязывается? Они провели вместе большую половину этого дня, а она глупо сопли распустила.

– Скучала, говоришь? Тогда, может, я приеду и украду тебя?

– Ты серьезно? Баба Шура с меня три шкуры спустит.

На том конце провода послышалась тяжелый вздох.

– Мне не нравится, когда ты расстроена. И… я тоже скучаю."

"От этого признания внутри у Стаси все перевернулось. Неосознанно прижала руку к губам, сдерживая радостную улыбку.

– Уф… нет, я думаю, нам нужно привыкать к какому-то режиму, – решила она. – Давай я буду оставаться у тебя на выходных?

– Не подходит.

– Почему?

– Потому что я уже настроился. Хочу тебя видеть. Сейчас. Точнее… через час, – серьезно сказал Егор. – Выйдешь к задним воротам.