Господин следователь. Книга восьмая

— А вот это не могу знать, ваше высокоблагородие. Я узнал, начальству доложил, провел и все показал, а вы уж решайте, что и как.

— Иван Александрович, вы у нас университет заканчивали, говорите — что это за х…я?

— Судя по всему — кто-то пытается строить лабиринт, — сообщил я.

— Лабиринт? — удивился исправник. Сдвинув брови, принялся вспоминать. — Что-то такое Яшка в гимназии, на уроках по древнегреческому языку, изучал и нам рассказывал — лабиринт — всякие коридоры запутанные, а в нем чудовище живет, еще и герой какой-то, который из лабиринта по нитке вышел. Сказка, в общем.

— Ага, было такое, — кивнул я.

— А что за сказка такая? — заинтересовался Савушкин, а следом за ним и остальные.

Скорее всего, в юнкерском училище Василий Яковлевич читал легенды и мифы Древней Греции, но за давностью лет забыл. Поэтому я быстренько рассказал полицейским о том, как супруга царя острова Крит Миноса загуляла с быком, родила от него Минотавра — чудовище, у которого туловище и конечности человека, а голова теленка, да еще и людоед, а ее муж, вначале загрустивший из-за измены жены, решил обернуть позор к своему благу — приказал выстроить на острове дворец, с запутанными ходами и выходами, посадить туда чудовище, а потом начал собирать со всего Средиземноморья дань юношами и девушками. Из-за сынка-людоеда все в округе очень боялись царя, слушались и повиновались, платили дань, пока в Греции не отыскался герой, по имени Тесей, пробравшийся в Лабиринт и отрубивший голову бедному чудовищу. Да, у него с собой был клубок, что дала ему дочь царя Миноса Ариадна. Тесей привязал кончик нити к входу, а потом, по этой же ниточке, вернулся обратно.

Ариадна влюбилась в Тесея и ради него пожертвовала семьей, а герой, на обратном пути, оставил девушку на необитаемом острове.

— Герой он, только сволочь порядочная, — резюмировал Федор Смирнов. — Девка ему поверила, а он… Тьфу.

Народ, включая самого рассказчика, с ним согласился. Впрочем, что взять с древних греков[1]?

Мне еще вспомнилась некогда популярная песня, со словами: «У тебя в руке клубок, волшебный шелк. И какой бы я дорогою не шел. Он покатится клубок, в золотых лучах зари. Ариадна ты мне ниточку надежды подари»[2].

Песня замечательная, только из меня в этот момент лезет «заклепочник». Откуда в Элладе в те времена шелк взялся? Наверняка Ариадна дала Тесею клубок шерстяных ниток. Но они непрочные, рвутся.

— Значит, лабиринт? — хмыкнул Абрютин.

— Не такой, как в Греции, а скорее, как на Соловецких островах. Не помню точное название острова — вроде, Заячий? Нет, Заячий это в Питере, а там Заяцкий, — поправился я. — Там из камней тоже лабиринт выложен. Конечно, не такой хилый, как у нас, а посолиднее. Там и камни побольше, в спираль заворачивается.