Горькие ягодки (СИ)

Например, на обочине дороги при въезде в наш заповедный лес висит огромный плакат, изображающий перечёркнутого красной кистью крест-накрест вандала, мусорящего направо и налево и разжигающего костёр в неположенном месте. На плакате призыв: «Граждане! Берегите природу, Мать вашу!» Так что, «Зорька» это ещё ничего.

«Зорька» оглушительно гремит цветомузыкой, кажется, что старенькое крыло нашего ДК содрогается от тяжёлых ритмов и вот-вот рухнет. Мы вчетвером словно одна компания. Элеонора, уже не обращая внимания на нас с Надюшкой, что-то щебечет Андрею.

Она совсем освоилась, и я не удивлюсь, если вскоре блондинка попросит нас с Надюшкой деться куда-нибудь, желательно в район Северного полюса.

Или Южного. Элеонора, уверена, любезно предоставит нам право выбора.

«Слушай, извини, Марианнчик, – шепчет мне Надюшка, – я не знала, что она такая наглая, так бы в жизнь не подошла бы». «Ничего страшного, всё путём, Надюш…» – а что ещё я могу сказать?

Мы проходим сквозь новомодные зеркальные вращающиеся двери. Я мельком ловлю наше отражение. Лучше бы мне не смотреть. Я вижу взгляд Андрея. Он смотрит на неё. На Элеонору…

глава 48

Марианна

Ночной клуб оглушает меня.

Здесь же совершенно невозможно находиться. Я в нерешительности останавливаюсь на пороге. Я сюда не хочу. В душной темноте истерично мигают разноцветные взрывы искр, множество народа мечется туда-сюда в каком-то броуновском движении. Вдали, на танцполе, извиваются в танце тела.

Мне хочется развернуться и уйти отсюда, домой, к маме и Алёнке, но меня подпирают входящие сзади, да и Андрей ободряюще приобнимает меня. Я ловлю недовольный взгляд Элеоноры. Правда, наглая какая. Больше назло ей я иду к раздевалке вместе со всеми, сдаю свою одежду, прячу номерок.

Вся наша небольшая компания, кроме меня, отлично ориентируется в этом воистину злачном месте. Вскоре мы уже занимаем небольшой столик и около нас кружатся услужливые официанты. Вернее сказать, вокруг Андрея кружатся симпатичные официанточки. Они из наших, местных. Мне отдалённо знакомы их лица.

А вот Элеонору я точно никогда в нашем городке не видела. Где Надюшка её только откопала? На мою беду. У неё язык без костей, у этой Элеоноры. И речь грамотная, хорошо поставленная. И голос приятный.

И Андрей взглядывает на неё то и дело. Я не могу смотреть на это.

– Пойдём, руки помоем… – предлагаю Надюшке. Элеонора с превосходством безусловного победителя кидает на меня быстрый взгляд из-под длинных загнутых ресниц. Ну да. Пришла, увидела, победила. Юлий Цезарь ты наш.

– Ну что ты сразу сникла, Марианнчик? Ты нисколько не хуже, и потом, это же твой парень, – пытается в туалете, куда мы с ней ретировались, поднять мой боевой дух Надюшка.

– Я хотела попросить тебя. Пожалуйста, давай уйдём вместе.