2
0
Последние его слова были заглушены свистом, а затем взрывом мины посреди сельской площади, затем еще и еще.
— Пусть он поторапливается.
— Но как же… — Ступающий Вслед не договорил.
— Это селение долго нам дарило кров, его черед прошел. Но придет другое время. Ступай.
— А вы?
— А я останусь здесь, с теми, кто столько лет давал мне силы, — учитель поднял руки, точно приветствуя зарождающуюся зарю. Ученик почувствовал какую-то странную дрожь под ногами, совсем не такую, как при взрыве, когда кажется, что землю схватили и встряхнули, чтобы пробудить от долгого сна.
Глава селения замер у обрыва. Внизу вспыхивали огни автоматных выстрелов. Как только он мог поверить этому глупому зверю! Как мог позволить заманить в западню своих людей! Ему захотелось сделать шаг, броситься туда, вниз, чтобы лечь вместе с обреченными храбрецами в одной могиле — да останется ли завтра кто-то, чтобы рыть могилы?
Его плеча коснулась рука.
— Видящий Путь сказал, нужно уходить, — скороговоркой бросил ученик.
— Как так уходить?!
— Не знаю. Через ворота. Слышите гул? Это сделал учитель. Он нас спасет!
Между тем подземные толчки все усиливались, послушник Глядящего Вдаль увидел, как, раздвигая древесные корни, опираясь на давным-давно осыпавшиеся брустверы, из-под земли выходят темные, прозрачные люди в незнакомой одежде, все, до одного, с оружием в руках.
— Надо уходить, — послушник теребил старосту. — Скорее!
— Да. — Глава селения, утирая кулаком слезы, в последний раз глянул на затихающую схватку.
— Он не сказал. Просто «уходите». И я с вами, — прошептал Ступающий Вслед, не имея сил оторвать взгляд от бестелесного воинства, сжимавшего кольцо вокруг стрелков врага. Те, кажется, так и не поняли, что их убивает. Они просто умирали, словно касание прозрачных воинов в единый миг иссушало их тела. Послушник услышал рвущий душу треск. Это вдруг, разом, все до одной переломились сваи, удерживавшие помост в доме Учителя.
— Быстрее, быстрее надо уходить! Здесь будет плохое место, очень плохое.
* * *Эргез пристально глянул на своего подручного, еще вчера стоявшего во главе отряда гвардейцев. Быть может, завтра его придется уничтожить, а может, вознести. Неведомо, как он поведет себя, едва почувствует вкус настоящей власти. Теперь каждого из тех, кто скакал у него за спиной все эти годы, придется заново проверять, ибо нет опаснее врага, чем вчерашний друг.
