Гарпия. Одержимая местью (СИ)

Ничего нельзя было разобрать — всё слилось в мокром холодном мраке. И что я хотела увидеть? Знаю только одно — мне не хотелось спать. Я ждала чего-то. Как фотограф ждет удачный момент, но только без фотоаппарата.

После того, как батюшка освятил дом Лилии, я думала, что дух Софии больше не появится, и уж тем более её заблудшая душа не станет приходить ко мне, но она пришла. В той самой пустой комнате с отклеившимися обоями, с рассохшимся полом с широкими щелями, где стоял гроб Каллисты Зиновьевны, заскрипели половицы — медленно, протяжно. Я внимательно прислушалась, развернув голову вполоборота. Шагов не было слышно — только непрекращающийся скрип.

На цыпочках я вышла из спальни и, минув небольшой коридор, остановилась в дверном проёме, не решаясь идти дальше. По кругу, словно вокруг исчезнувшего гроба, ходила прозрачная светящаяся тусклым голубо-фиолетовым неоном раздетая София. Она не обращала на меня внимания. Её веки были опущены; большой рот приоткрыт; вытянутое лицо как силиконовая маска не шевелилось. Только ноги сгибались и разгибались в коленных суставах и в конечностях. Я сглотнула, пораженная нереальным зрелищем. От духа, как от собаки лучше не убегать, — подумала и боязливо шагнула вперед, но не стала идти дальше. Ассоциации! Меня мучили ассоциации с гоголевским Вием. «Откройте мне веки!» — хотелось убежать под дождь и смыть с себя как выступивший пот это наваждение.

Дух Софии наматывал круги. По изогнутой крючком спине, бледно светящейся неоном, неподвижно лежали такие же бледные прозрачные голубо-фиолетовые волосы. Фигура подобная гитаре, ягодицы как две сдобных булки, короткие сильные ноги и руки, опущенные по швам, вздутый живот и обвисшая грудь в форме груш — такой я видела Софию. Страшно было подумать, что за монстр сидит в этом образе призрака и как он проявит себя на этот раз.

Ударил гром, и дух Софии медленно, словно стыдясь наготы, повернулся ко мне лицом. Я потупила взгляд, опасаясь, что София распахнет глаза, и зеленые угольки колдовским огнём ослепят меня.

— Е… и-а и е-о-и-е, — шурша и издавая звуки, обои упали на пол.

София протянула ко мне толстые в предплечьях и тонкие в запястьях руки, и я уже хотела сорваться с места, чтобы убежать, но ноги будто вросли в пол и не слушались приказов. София спокойно подошла ко мне и потребовала поднять на неё глаза, холодной внутренней стороной ладони вверх поднимая мой подбородок. Чернота, заполнившая два маленьких глаза, блеснула единожды синхронно вспышке молнии и погасла. Глаза как две сливы «Угорки» смотрели на меня. Я испуганно содрогнулась.

— Зачем ты пришла ко мне? — спросила я осторожно.