Гаран вечный

— Так это колдовство, моя милая, привело меня к тебе обратно?

Дзианта была так же поглощена разговором, как и Зуха, и они обе не заметили, что в комнате появился еще один человек. Это был Туран. Его лицо было обезображено раной, полученной в последнем бою. При хорошем освещении его вид был неприятным, так как кожа была грязно-серого цвета, и только глаза на безжизненном лице излучали жизнь. Дзианта удивилась, что это искалеченное тело все еще служит своему новому хозяину."

"— Ты говоришь о колдовстве, — он подошел ближе, когда Зуха не ответила. — Но ты не говоришь о бесконечной милости Вута, о том, что твои молитвы о моем возвращении достигли его ушей.

Откуда такие изменения в тебе, моя дорогая подруга, мой Высший Консорт? Разве ты не говорила мне тысячи раз, что моя смерть будет и твоей смертью, что ты возродишь древний обычай нашего народа и радостно последуешь за мной темным путем, если Вут выберет меня, чтобы я пошел первым? Но кто же разделил со мной гробницу? Не ты, несмотря на все твои клятвы. Ты послала со мной того, кто был моим врагом, того у которого в душе не любовь, чтобы облегчить мне путь, а ненависть, чтобы обрушить на меня темных и злых духов. Все твои обещания растаяли как дым в последний час прощания. Что же это, Зуха? Все твои сладкие слова — это лживые слова?

Он все время надвигался на нее, она отступала. И теперь под маской грима, наконец-то, появились какие-то эмоции. Часть ее грима отвалилась от кожи, когда ее губы искривились и напряглись, как будто она через силу сдерживала крик ужаса. Она медленно отступала при его приближении.

— Нет, не подходи ко мне, мертвец! Назад! Возвращайся в свои Холодные Глубины, откуда тебя вызвали при помощи черного колдовства!

— Из Холодных Глубин? Так вот что ты от меня хочешь, Зуха! А может, твоя фальшь и вернула меня назад, может, Вут не поверил твоим пустым словам и дал мне жизнь, чтобы я служил ему.

Она уперлась спиной в стену, протянула руку, ощупывая поверхность стены. Затем потайная дверь открылась и она почти упала туда, убегая все дальше и дальше. Затем дверь закрылась, оставив в комнате Дзианту и Турана.

— Вина рождает страх, — сказал он как бы про себя. — Как глубоко внедрилась в нее ненависть.

Хотел бы я знать, в чем ее корни.

— Туран, — обратилась к нему Дзианта, — что ты узнал?

— Очень немного в то время, когда они оставляли меня в покое. Мне пришлось проявить много изобретательности, чтобы ускользнуть от жрецов. Они захотят заполучить меня для обследования, так как чудо нм на руку. Я отослал их прочь. Я узнал, что, несмотря на дворцовые интриги, у Турана есть преданные сторонники. От одного из них я узнал кое-что о камне.

Он запустил руку под тунику и достал оттуда фокусирующий камень.