Формула одиночества

В принципе ей не нужно было объяснять, что это такое, но в кафе вдруг появился Арсен в сопровождении Сабрины. В руках он держал бутылку мартини и две – шампанского. Вот Марина и спросила о первом, что пришло в голову, чтобы отвлечься от созерцания парочки, по всему видно, настроенной веселиться по-крупному.

– Мы заедем на территорию Рицинского реликтового парка, да и на самом озере тоже нужно порядок поддерживать. Вот и приходится им выживать за счет туристов, – пояснил Игорь и пристально посмотрел на нее. – Так ты едешь?

– Еду, – кивнула она и поднялась из-за стола. – Форма одежды походная?

– Желательно. – Игорь поднялся следом. – Вдруг тебе захочется пробежаться по горам, подойти к самому водопаду или осмотреть окрестности Псху...

– Захочется, – весело ответила Марина и пожала ему руку. – На чем поедем?

– А вон на той машине. – Игорь протянул руку в направлении ворот, за которыми виднелся открытый красного цвета «уазик». – На Ауадхару и в Псху только на нем можно добраться.

– Замечательно! – улыбнулась Марина. – Это здорово, что мы побываем у староверов. Псху – большое село?

– До войны было больше сотни дворов, а сейчас едва-едва полсотни наберется.

– Жаль, – покачала головой Марина. – Цивилизация уже достала последних из могикан.

– Игорь, ты ей зубы не заговаривай! – прикрикнула на него Анжела и перевела взгляд на Марину. – Знаешь, почему у него «уазик» красный? – И сама же ответила на свой вопрос: – А он от стыда покраснел за своего хозяина.

Игорь побагровел, но произнес с достоинством:

– Моему «уазику» не за что краснеть, заруби себе на носу!

Анжела уперла руки в бока и с вызовом посмотрела на брата.

– А кто сегодня обещал матери привезти комбикорм с Казачьего рынка?

– У меня дела. – Глаза Игоря сердито блеснули. – Я, между прочим, в милиции служу. Сутки там, двое здесь. Ты же сама экскурсантов находишь...

– Я что, ради твоих красивых глаз стараюсь? – прищурилась Анжела. – Я хочу, чтобы ты заработал за лето хоть немного, тогда зимой твоим детям будет что кушать!

– Анжела, вспомни нашу пословицу: когда дятел не долбит дерево, у него болит голова. У тебя тоже что-то болит?

– Унан![Выражение ужаса, удивления (абхазск.) .] – всплеснула руками Анжела. – Ты что, опух? Как ты разговариваешь?

– Молчи, женщина, тебе никто слова не давал!

– О! – воздела руки к небу Анжела. – Клянусь, чего только не увидишь, если никогда не умрешь!

Сестра и брат перешли на абхазский. Судя по интонации и количеству децибел, следовало бежать куда-нибудь подальше от эпицентра.

– Шаангыл![Тихо! (абхазск.) ] – выкрикнул вдруг Арсен. – Прекратите ссориться! – И уже миролюбиво добавил: – Мама Анжела, смотри, что я принес! Мартини, как обещал!

– Сы-ы-но-ок! – нараспев протянула Анжела и рассмеялась.