\

— Это ему решать, — ответила я.

Не удивительно, что я не заметила сходства. Да, у обоих золотистые волосы, голубые глаза, тонкие черты лица и нежная кожа. Но в Кевине будто сияло солнышко, подсвечивая его изнутри. Он умел летать, и сам был легкий, как ветер. А Ровена напоминала гирю.

— Он мой брат, — заявила она, — Тиберлон. Не тешь себя надеждами, Арнелла, предупреждаю по-хорошему.

Миранда плюхнулась рядом со мной, поставив на стол поднос, полный еды: каша, сосиски, вареные яйца, булочка и джем.

— А ты однажды растолстеешь, — добавила Ровена, глянув на Миранду.

— Все сгорает в моем внутреннем огне, — ответила та и целиком умяла первую сосиску, а следом откусила сразу половину яйца.

— А я вот нисколько не удивлюсь, если окажется, что ты не огонь, а какой-нибудь анимаг, — ответила та. — Ешь как животное!

— Было бы круто, — кивнула Миранда.

Ровена брезгливо скривилась и, взяв поднос, демонстративно отсела за пустой стол в другом углу.

— К тебе приходил ректор, — прошептала я.

— Знаю, — Миранда сосредоточено расправлялась с кашей, и я невольно задалась вопросом — где она так проголодалась.

— Он принес тебе цветы. Чарники. Просто восхитительные! Распускаются на рассвете и такой аромат...

— Он бы еще посреди ночи приперся, — фыркнула она. — Человек, который приходит в гости на рассвете, — подлая сволочь, это я тебе точно говорю.

— Может, не стоит его винить? — робко предположила я. — Что, если он такой же заложник ситуации, как ты? Он, знаешь, тоже не в восторге.

— Это немного обидно, — Миранда улыбнулась, намазывая булочку джемом.

— А ему каково? — продолжила я. — Он увидел свой портрет!

— Жаль, что он там только до пояса, а то бы я еще кое-куда ножиков натыкала. Но ты можешь не стараться. Я уже согласилась пойти с ним на свидание, — сообщила она равнодушно.

— Правда?

— Всего лишь ужин. Дам ему шанс оправдаться.

— Это хорошо, — выдохнула я.

— А я бы на твоем месте дала шанс вчерашнему воздушнику, только чтоб побесить Ровену, — хмыкнула Миранда.

Я промолчала, но в сердце моем потеплело об одном лишь воспоминании о Кевине. Утром я написала его имя на запотевшем после душа зеркале.

— Ко мне ночью являлось привидение, — вспомнила я. — Либо же это был очень реалистичный сон.

— Вот и еще один повод грохнуть ректора, — вздохнула Миранда. — Это Мисси. Она в него влюблена и считает меня соперницей. Каждую ночь является в мою комнату и требует оставить его в покое.

— Почему ты не предупредила? — возмутилась я.

— Да она, в общем, безобидная. Хотя не так давно предлагала мне покончить жизнь самоубийством.