\

Сверху вниз. Беспощадно. Не знаю, хотел убить, или нет, таких мыслей не помню. Хотел у*бать безжалостно, со всей силы. Так и сделал.

По моему, я сломал ему переносицу. И уж точно вышиб дух.

— Стой! Стой, солдат! — отчаянный вскрик сзади.

Я обернулся. Ко мне бежал один из группы в штатском — не знаю, из МВД или КГБ. Молодой парень, лет на пять-шесть старше меня.

— Что тут⁈

— Пес ранен, — я бросился к Грому.

Тот лежал на боку, тяжело дыша.

— Гром! Гром! — я приложил ладонь к его боку — липко. Глянул на руку. Кровь.

Память сама собой пустилась рисовать последние минуты жизни Сента.

— Постой, — быстро заговорил парень, — у меня перевязочный материал есть…

— Давай! — воспрянул я.

У него и правда через плечо висела сумка не сумка, планшет-не планшет… Оттуда вмиг явились марля, вата, бинт. А оказывать первую помощь я умею. И людям, и животным. Главное — остановить потерю крови! Главное!.. И к доктору.

— Ветеринарка… — проговорил коллега как-то, словно рассуждая вслух. — Это недалеко…"

"— Где⁈ — я умело, стремительно делал перевязку.

— Да обратно по этой улице. В другую сторону. Круглосуточная должна быть…

Не успел он сказать это, как за забором метнулся свет фар, заскрипели тормоза.

— Наши подъехали?.. — полувопросительно произнес собеседник.

Я не стал вникать, подхватил Грома, бросился на выход.

На улице пофыркивал мотором милицейский «уазик», из-за руля выбрался невысокий щупловатый сержант.

— Брат! — кинулся я к нему. — Пес у меня ранен при задержании.

Сержант если замешкался, то на секунду.

— Садись! — распахнул заднюю дверцу. Я с Громом на руках мгновенно очутился там. Сержант прыгнул за руль, круто развернулся, погнал по пустой улице.

И вправду оказалось недалеко. Метров через пятьсот справа возникло освещенное крыльцо ветклиники.

— Сюда! — сказал водитель. Тормознул, вновь выскочил из-за руля, открыл дверь.

— Спасибо, брат! — крикнул я, уже взбегая по ступенькам.

Он что-то ответил, но я не разобрал. Не знаю, как я ухитрился, одной рукой держа тяжеленного пса, другой рукой толкнуть тоже тяжелую створку двустворчатой двери.

Шагнул в тускло освещенный коридор, где меня враз обдало едким, сложным запахом медпрепаратов.

— Доктор! — задыхаясь, прокричал я. — Доктор!..

Глава 24

Коридор был пуст и полутемен, но признаки жизни, бесспорно, здесь присутствовали: в помещение слева была открыта дверь, там ярко горел свет, доносились голоса. Что-то позвякивало.

На мой крик оттуда высунулся немолодой усатый дядька в шапочке, халате с закатанными рукавами.