\

— Знаешь, как сложно было удержаться, когда ты такая… на все готовая?

Мы протанцевали мимо Джафа, и когда я услышала глухое рычание, доносящееся из его груди, до меня наконец дошло! На стихийнике Джаф подрался с Родериком! Вот что там было! Все смотрели только на них, и если бы какому-нибудь вору пришло в голову ограбить особняк Тиберлонов, то он бы без проблем вынес даже старинную мебель — никто бы и ухом не повел.

— Арья, я не хочу терять нашу дружбу, — посерьезнел Эммет. — Конечно, я бы предпочел перевести отношения с тобой в иной формат…

Изергаст обнял Миранду еще интимнее, а она запрокинула голову, так что их губы оказались так близко… Если эти двое сейчас поцелуются, Джаф точно полезет в драку, он уже еле держится.

А мне надо ловить момент, второго такого шанса не будет. Я окинула взглядом зал: император сидит на троне как приклеенный, подсунуть бы проклятие прямо ему под деревянный зад. Сынок-некромант стоит рядом и тоже смотрит на пару Изергаст-Миранда, причем на его крючконосом лице застыл хищный интерес. Красавица Шейра в нерешительности остановилась, не дойдя до Джафа, а вот Родерик не отрывает взгляд от меня.

— Эммет, — заглянула я в бирюзовые глаза. — Хочешь вернуть мою дружбу?

— Я твержу об этом уже полтанца, — с досадой сказал он. — Ты вообще меня слушала?

— Ты ведь отличный маг, первого уровня, почти мастер хаоса.

— Есть такое, — согласно кивнул он. — Я вообще классный. Практически луч света в мире тьмы. У меня и орден есть.

— Знаешь какое-нибудь заклинание невидимости?

— Нет, — ответил Эммет. — Это сложно. Разве что некроманты могут, причем с палочкой.

Я разочарованно вздохнула. Впрочем, если эти двое подерутся, то, может, и так ускользну.

Дверь в углу приоткрылась, выпуская служанку с подносом, уставленным бокалами. Главное — попасть на ту часть дворца, а там уже сориентируюсь по обстоятельствам. Может, вовсе не обязательно прятать камень в спальне императора. Засуну в какой-нибудь уголок. Сперва еще надо проклятие наложить, раз в дамской комнате не вышло — уж больно много народа там ходит.

— Но я могу сделать растворение, — продолжил Эммет. — Это не полная невидимость, а скорее маскировка. Главное — не смотреть в глаза, и тогда человек пройдет мимо, будто тебя и нет.

Ох! Ты ж погляди, что происходит!

Меня качнуло от волны энергии, ударившей в спину, и даже музыка будто затихла. Я тряхнула головой и повернулась туда, куда уставился Эммет.

Изергаст целовал Миранду с таким упоением, словно больше ничего не существовало в этом мире, а она обнимала его шею, и ее пальцы запутались в белых волосах. Джаф яростно зарычал, так что рев прокатился по залу, а его ужасная рубашка, затрещав по швам, разлетелась пестрыми клочьями, выпуская меняющееся тело.