\

Но вот игра судьбы! — случается, что этот волшебный дар, эта сексуальная магия достается дурам. Ну, дурам-не дурам, но тем, кто не способен выстроить стратегию жизни, заглянуть вперед хотя бы на несколько лет. Таким бабам нужно все здесь и сейчас, а это «все» в их понимании одно: деньги. Ну или шире сказать, материальные блага.

Анатолий Синяков изначально не был военным человеком. Закончил университет. Историк. В универе была военная кафедра, где из студентов готовили, естественно, политработников запаса. И быть бы выпускнику истфака школьным учителем, а может, чем черт не шутит, преподавателем вуза, кандидатом наук, доцентом… Но во второй половине 60-х годов СССР накрыл молодежный демографический провал: в возраст юности и молодости входили люди, рожденные во время Великой Отечественной и сразу после нее, то есть где-то 1944–1949 годов рождения.

А их, конечно, было просто очень мало по сравнению с предыдущими и последующими поколениями. И само собой, сразу стал страдать призыв в армию. Понижались критерии годности к военной службе. Призывались те, кого бы раньше забраковали медики, в том числе невропатологи и психиатры. Стали призывать судимых… И тогда же стали призывать в качестве офицеров выпускников вузов — вот тех самых двухгодичников, «пиджаков». Так оказался на военной службе историк Синяков, уже было получивший распределение в школу и готовившийся к новому учебному году. Забрали, а потом усиленно шпаклевали мозги на тему: давай, оставайся, переходи на службу… ну чего ты на гражданке заработаешь… учителишкой сраным в школе, без ученой степени… а если будешь диссертацию кандидатскую писать, так сколько лет еще уйдет на это! А женишься, дети пойдут, так какая, на хрен диссертация…

Правду сказать, резон в этом был.

И отслужив свои два года, получив старшего лейтенанта, Синяков подписался на военную службу. Двухгодичку свою он тянул в уральской глухомани в Удмуртии, а перекинули его под Воронеж, в пригород областного центра. Вот там-то он и встретил свою Кармен. То есть Наталью…"

"Все это нам рассказал Романов. Когда вокруг нашей базы заклубился сонм подозрительных странностей, аналитики КГБ пришли к мнению, что где-то произошла утечка. И щупальцы враждебных спецслужб тянутся к в/ч 52506.

И сразу возникло предположение о наличии агента среди служащих части…

— Так и непонятно пока, где и как его вербанули. Но мотив-то ясен: деньги. Платили. Сколько, тоже неизвестно, однако, надо полагать, прилично. Я теперь думаю, что еще одну зарплату. Может, и поболее.

— Может, — саркастически проскрипел Петр Петрович. — Мотив, ты говоришь?.. Деньги же не ему, поди, нужны были, а этой бабе его!

— Так кто же спорит, — усталым жестом полковник провел по голове, пригладив и без того ровно лежащие волосы.