\

— Значит, ты полагаешь, что это Синяков?.. Искомый икс!

— Теперь полагаю.

— Что значит — теперь?

Я пояснил. Когда шел из медкабинета, думал над состоявшимся разговором. И вспомнил, что Соломатина допрашивали командир и замполит. Как последний оказался там?.. Ну, в принципе ничего удивительного в этом нет, хотя и его это профиль действий. Но все же оказался. Результат известен. Соломатин — жмур.

Богомилов подумал, крепко почесал в затылке.

— Вообще-то это не доказательство… Не прямое, во всяком случае.

— Так у нас и вовсе никаких доказательств нет, — я усмехнулся.

— Одни версии.

— М-да… — он в задумчивости ударил по клавише пишущей машинки. Та звучно щелкнула. — И что делать будем?

— Ну, выход тут один, — решил я. — Спровоцировать его на какие-то действия.

— Как⁈

— А вот это надо думать.

— Думать! — он еще раз звучно долбанул по клавише. И еще раз. — Думать!..

И вдруг расплылся в улыбке.

— Слушай! А похоже уже никак не надо думать. Похоже, я придумал!..

Я вмиг догадался:

— Письмо?

— Точно!

Идея лейтенанта была такова: печатаем на машинке анонимное письмо неопределенно-зловещего содержания.

Типа: «Нам все известно. Вам не уйти от ответственности. Но мы готовы молчать. Предлагаем встретиться и обсудить…» ну и так далее.

— Где встретиться? — спросил я.

— Надо выбрать самое глухое место. И не то, чтобы ночь… а сумерки.

— Хоздвор?

— Пожалуй.

И мы выработали план. В дальней части хоздвора на самом деле совсем безлюдно. Редко кто туда заходит. И строения заслоняют это место от любых глаз. Там лейтенант назначает встречу. А я с Громом в качестве силовой поддержки скрываюсь незаметно рядом.

Есть там сарайчик, где хранится всякое барахло. Заведует этим делом Унгуряну, ключ у него можно взять легко под каким-то предлогом, он по бестолковости и не догадается. Мы спрячемся там, а Богомилов в назначенный час будет ждать снаружи. Ну, а дальше… по обстановке.

Риск? Авантюра? Еще какие! Но других вариантов нет.

Лейтенант надел нитяные рабочие перчатки — для понтов, чтобы отпечатков не оставлять. Ловко настучал на машинке письмо, заклеил в конверт.

— Под дверь кабинета подсуну, есть там щелочка… Ну, приступим!"

"И я пошел к себе, а он на второй этаж.

В штабе уже было пусто, все разошлись, и сунуть письмо в кабинет замполита труда не составляло.

Встречу назначили на завтра в восемь вечера. Двадцать ноль-ноль.

На следующий день я вновь заступал в наряд. Гром был свободен от караульной службы, и взять его из вольера под предлогом потренироваться, отработать кое-какие упражнения, да просто побегать, подвигаться — никаких подозрений не вызывало, а хоздвор и окрестности самое подходящее место для таких разминок.