\

Мысль, конечно, не исчезла, но зрела подспудно, за горизонтом.

Но вот кончились отгрузочные работы. Хрен знает, сколько литров мазута, соляры, бензина мы отправили на севера, и теперь пришло время восполнять запасы. Теперь с разных нефтехимзаводов к нам пошли цистерны с теми же продуктами, которые надо было закачивать в резервуары.

И тут же, как нарочно, пришел приказ о замене техники. ПСГ-160, простоявшие на хранении предельный срок, предлагалось расконсервировать и отправить в разные воинские части, а на замену им должны были прийти более мощные и производительные ПСГ-240 на базе «Уралов».

И началось…

Все дефекты, протечки, поломки машин, простоявших много лет, вылезли сразу. Пришлось устранять, менять, заливать… Отмобилизовали всех водителей, включая Гладкова. Командир сказал, что пока сам будет ездить, не до жиру. Гладков, конечно, был недоволен, тем более, что не знаю уж как, но получил звание младшего сержанта. Вымутил! Хотя ничем не командовал, так и оставался водителем «уазика».

С сержантскими званиями, кстати, в Советской Армии дело обстояло интересно. Скажем, ефрейтора мог присвоить командир части на уровне отдельного батальона, полка; он же мог и лишить лычки.

А вот сержанта, хотя бы младшего, присвоить мог, а лишить уже нет. Этой властью обладал начальник уровня командира дивизии, то есть генерал-майор, по крайней мере на генеральской должности. В нашем случае подчинения Генштабу — наверное, на уровне начальника отдела… Довольно курьезно, короче говоря.

Так вот, в глубине души Гладков, наверное, был крайне недоволен тем, что его бросили на грубую работу, но тут не пожалуешься. Приходилось делать то, что приказали.

Честно говоря, темп службы взвинтили до того, что мы теряли счет дням. Что-то было в этом чрезмерное, я почувствовал это. Как будто нарочно всех подстегивали: скорей, скорей, скорей!.. Водители, трактористы, прапорщики и даже офицеры с горем пополам запускали моторы стоявших без движения машин, регулировали свечи, подкачивали шины, смотрели, где что течет, капает или, наоборот, пересохло… Ну, а остальные помогали им по мере сил и квалификации.

Не обходилось без небольших аварий. Убей, не знаю, за каким чертом старлей Бычков поволок на буксире ЗИЛ, в котором вышел из строя гидроусилитель руля.

То есть, сам Бычков сел за руль ведущей машины, а в буксируемую усадил своего приятеля Богомилова. Ну и поехали цугом, а на повороте-то передний ЗИЛ вписался в дугу, а во втором лейтенант безуспешно пытался повернуть руль, лишенный усилителя, орал: «Серега! Серега!», а толку ноль. Неуправляемый грузовик по прямой так и нырнул в кювет, трос оборвался… В целом, повезло, что обошлось без жертв и даже без увечий.

Тут как тут возник зампотех Гончаров.