\

А Наташа все время молчала, поскольку опасалась еще более жестокой расправы – тогда у нее была всего лишь слабая сила сирены, которой от тебя защититься невозможно.

Мы все в удивлении уставились на него, а я даже встала, чтобы лучше видеть и скорее понять, к чему эта сцена. Он просто в воздухе переобулся?! Пока он был заинтересован в такой невесте, он ее всячески покрывал. А как стала не нужна – отмахнется и отправит если не на плаху, то под лед? Сама Кристина страшно побледнела, она рассматривала свои длинные пальцы и едва слышно блеяла:

– Дим, но я даже объяснить не могу, откуда взялся тот психоз – как будто разум помутился.

– Стопроцентное внушение, – неожиданно согласился Диминик. – И вижу, что сейчас от него не осталось и следа, то есть доказать чужое вмешательство в твой разум будет сложно. Ты просто жертва чьего-то злодейства, но знаешь же местных магикопов: идиот на идиоте идиотом погоняет. Будут ли они вообще разбираться? Этот вопрос настолько важный, что надо непременно обсудить его с твоим отцом.

– С отцом? – Кристина замерла на несколько секунд, потом вскинула голову и посмотрела на него прямо, на фарфорово бледных щеках проступил румянец, а в ее голосе зазвучала ярость: – Ах ты сукин сын! Форы купили поместье Эймов, и ты собрался шантажировать моего отца?! Это грабеж!

– Почему же грабеж? – парень ласково ей улыбнулся. – Тогда я был в тупике, лорд Фор выручил меня огромной суммой, но продавать обратно не собирается.

– Да откуда у тебя возьмется столько синтов, даже если он согласится заново продать тебе поместье? – закономерно полюбопытствовала Кристина. – Ты же все потратил на штраф и дурацкое путешествие непонятно куда!

Диминик беззаботно кивнул:

– Если правильно поставить вопрос, то он согласится на рассрочку. Обещаю рассчитаться быстро – это уже второй пункт моего плана «верни свое, чтобы потом не винить в своих бедах бессердечную Наташку».

Я укол проглотила. Не думала, что его тактика будет настолько агрессивной. Бедный лорд Фор! Он виноват только в том, что обожает свою единственную дочь. И, разумеется, пойдет на любые условия, лишь бы ее снова не лишиться. Хотя нет, вина его не только в этом: он забрал должность лорда Эйма, а теперь и его имущество, когда обязан был всячески поддерживать сына старого друга, невзирая на чужие мнения. Честно говоря, я не знаю, кто из них прав, потому положусь на личную симпатию.