\

Да, я обычно выступала на всех университетских торжествах, но я не появлялась ни разу задолго до этого концерта! Просто у нас так заведено: за учебу отвечают одни люди, а за организацию культурных мероприятий – совсем другие. Последние и проявили чудеса ответственности, все же дозвонившись до моих вечно занятых родителей. Маринка преподавателям на парах врала, что я заболела, но за такое долгое время кто-то должен был очнуться…

Так, ладно, надо что-то говорить, иначе они никогда не успокоятся:

– Мам, пап, я просто поняла, что не хочу становиться юристом.

– Репетируют они! – снова взвилась мать. – Хотела заниматься музыкой – так занималась бы! Но ты даже музыкальную школу бросила! Решила стать адвокатом – пожалуйста! И на сколько тебя хватило? Ничего в жизни не добиться, если просто болтаться от одной мечты к другой!

Я ощущала себя гадостно, но вины не чувствовала – я просто не могла дать им настоящее объяснение. И ответное раздражение тоже росло, я невольно ему поддавалась:

– Да не болтаюсь я, хватит уже!

– Нет, это не наша порода! – сокрушался отец.

– Вот именно! – согласилась и мать. – Володя, между прочим, только с третьего раза в мед поступил! С третьего! И он не сдавался – он двигался в направлении, которое считал важным. Именно поэтому стал уникальным хирургом, к которому очередь на месяц вперед расписана! Не бывает иначе, Наташа, ты или выкладываешься на сто процентов, или остаешься навечно пустым местом!

Мне и слова вставить не давали, но отец теперь не кричал – он давил уничижительным тоном:

– Прямо сейчас ты поедешь в университет и будешь умолять, чтобы тебя до сессии не отчислили.

– Не поеду, – произнесла я твердо, чем лишила их дара речи. – Это не та проблема, которую мне надо решать.

Мне в самом деле было жаль бросать универ, ведь когда-то я очень радовалась, что прошла на бюджетное место.

После такого заявления отец повторил со злостью:

– Нет, не наша порода!

И это была последняя капля для моей выдержки:

– Конечно, не ваша, я ведь вам не родная дочь!

Сказала это – и тотчас зажмурилась, сразу пожалев. Я собиралась когда-нибудь поднять этот вопрос, но точно не так – не в скандале и не от раздражения. Мама замерла. Отец рухнул в кресло, разинув рот.