\

Собирался что-то сказать или сделать, но я схватила его за шею и снова притянула к себе, не давая права выбора. Он поддался не сразу – нет, он вначале усмехнулся, а только после продолжил целовать. Самодовольный мерзавец, но как же от него сносит башню! И я тоже эгоистка, раз испытывала неимоверную радость от мысли, что ему этот поцелуй нужен не меньше, чем мне. Я позволяла ему делать что вздумается: давить пальцем на подбородок, вынуждая открывать рот шире, проходиться рукой по всему телу, до боли сжимать бедро и вдавливаться в мое тело еще теснее.

Конечно, мы продолжим – такие ощущения на полпути не бросают.

Плевать на последствия, плевать на то, что Николас с Маринкой вернутся и застанут нас прямо на полу голым клубком, который им не получится сразу разлепить. На нем только кожаная куртка и футболка – всего две вещи до того, как я прижмусь губами к его животу. А потом он обожжет своими поцелуями мой. Но стоило мне только потянуть куртку с плеч, как Диминик отступил. Перехватил меня за запястье, с силой развернул меня от себя и прижал уже лицом к стене, задирая мою руку вверх, а второй с силой обхватывая. Бесстыдно продемонстрировал мне собственное возбуждение, когда показательно медлительно и с наслаждением начал тереться об меня сзади. Пошлость его движений уже не смущала – она заставляла хотеть еще большего разрыва границ.

И шептал он непривычно – сдавленно и хрипловато:

– Неужели вы именно так это чувствуете? Я будто бутылку коньяка выжрал и еще четыре дозы магического опьянения сверху добавил. До меня только сейчас доходит, что по-настоящему значит «хотеть». Заставить тебя орать от удовольствия, извиваться, просить пощады, но не позволять себе расслабиться…

Он не дал мне возможности повернуться, чтобы ответила или посмотрела на него.

Ему больше некогда самоанализом заниматься? Сейчас приспичило? Но так-то он здесь не единственный, кто только сейчас начал понимать слово «хотеть»!

– Не шипи, Наташ, – он что-то уловил в моем раздраженном напряжении. – Не хочу спешить. Это же… – он некоторое время подбирал правильное слово, но варианты прозвучали неуверенно: – Влюбленность? Романтические отношения? Мы теперь будем встречаться?

Я застыла.

Он что там сзади вообще несет? Я кое-как собрала здравый смысл в единую мысль:

– Встречаться? До того, как твою невесту разморозят?"

"– Ну да. Еще десять месяцев – может, нам хватит? Так, а почему я перестаю опять чувствовать взаимность? – последнее прозвучало почти обескураженно.

Я дернулась, снова не смогла вырваться. Но он с удовольствием потискал меня еще несколько секунд и отпустил сам. Я отлетела в сторону, сдула с вспотевшего лба прядь и уставилась на этого безумца.