\

И пока я шепотом ругалась, Веллес заметил:

– Талья, прекрати болтовню!

– Простите, магистр.

Диминик по-ученически поднял руку, дождался недовольного кивка учителя, и задал свой вопрос:

– Магистр, а почему она – Талья, а я – господин Эйм? Не надо меня так сразу выделять – я собираюсь стать вашим любимчиком, но не с первого же дня.

– Хорошо, Диминик, – настроение профессора заметно портилось и все еще не достигло дна. – И с завтрашнего дня не опаздывай. Я не могу запретить тебе учиться, не могу запретить поступить на службу, если управление сверхполиции позволит, но отчислить за нарушение дисциплины – вполне.

Инкуб прижал большой палец к губам, показывая: все понял, молчу, ко мне придраться будет невозможно.

– Итак, записываем! – Веллес снова поднял тон до высоких вибраций. – Сверхполиция – новая институция в Вахарне, организованная пятьдесят лет назад лордом Михлаем Стантом…

– Опять?! – Риссая со стоном уронила голову на парту."

"А мне тот день понравился особенно сильно. Возможно, только теперь я почувствовала себя студенткой самой настоящей академической группы, где есть свои хулиганы, свои отличники и отстающие, свои занудные ботаники, демонстрирующие образец прилежания.

Я как раз последнюю роль на себя и взяла, поскольку остальные на нее совсем не подходили. И это раньше я могла увести преподавателя в сторону от лекции, ведь Риссая часто дремала или рассматривала пейзаж за окном, и наши уроки превращались в почти дружескую болтовню тет-а-тет. Но сейчас уже будет иначе – даже Веллес заметно подтянулся, поскольку теперь для его накопленной строгости найдется применение.

Сформировались и так необходимые в любом сообществе группировки.

Аутсайдер Никита, который сидел на последней парте и старался лишний раз не подавать голоса – надеюсь, мы к концу семестра не докатимся до того, чтобы его без повода гнобить. Завистницы – Риссае точно не понравилось, что Диминик уселся рядом со мной, а не с ней или хотя бы отдельно. Она так косилась в нашу сторону, что я запереживала: как бы мне у Никиты случайно не отобрать должность отщепенца. Ну, и инкуб, который очень старательно изображал, что не он тут главный заводила. Я почти физически чувствовала, как он прикусывает язык, чтобы не перебить учителя смешной репликой. Надо потом с Риссаей сделать ставки, сколько он выдержит.

После завершения последнего урока магистр почти печально сообщил:

– В ближайшее время будут только лекции, я вынужден отменить практические занятия. К примеру, одно из первых у нас должно быть посвящено заарканиванию альтеров.

– О, в этом я хорош, – произнес Диминик и пихнул меня локтем. – Скажи же.

– Ну уж нет, – поморщился Веллес. – Я не хочу здесь видеть крыс и змей.