\

— Ничего, День, все равно надо как-то доползти до кровати.

— Ну, счастливого пути. Кстати, рад, что ты так быстро просмотрела запись.

— Да ни хрена я не смотрела — сил нет. Понадеялась, что ты свяжешься и все объяснишь.

Дениса всегда умиляло умение Юлы ненавязчиво перекладывать свою работу на чужие плечи. Ладно, плевать. Главное, он сам сможет, наконец, спокойно уснуть. И будет спать много-много часов подряд. Столько, сколько позволит им Кожин.

Головная боль постепенно отпускала. И отпустила в конце концов…

Денису снились мельтешащие кровавые пятна в ускоренном просмотре.

Очень необычный, очень странный сон.

Глава 2

Бросок. Мимо. И эта заточка тоже ударившись о стену, скатилась в яму. Хлюпнула, сгинула в черной жиже. Вроде бы запас железных прутьев у оргов иссяк. Но вот ненависти хватит еще надолго. Ненависти и тупого злого ерничества.

— Ими-ими, татор-татор…, — голос в наушниках звучал мерзопакостный, насмешливый.

Денис приглушил звук.

В последние дни он слышал от оргов только предсмертные вопли и хрипы. Правда, реже, чем раньше. Группировщики осторожничали: они не шатаются больше по ночному городу в открытую пьяными обколотыми ватагами.

Теперь приходится выслеживать и уничтожать немногочисленные шустрые отряды. Вот как этот, например…

Гоняться за мелкими стайками Волков втроем — все равно, что палить из гаубицы по воробьям. Вот и уходили в свободный поиск по соседним секторам. Каждый — сам по себе. Каждый вкалывал на износ и, как правило, за ночь удача улыбалась хоть кому-то из операторов.

«Рабочий материал» шел в атаку. Клацала «Делитом» клавиатура. Динамики взрывались криком умирающего. Если орг, попавший в зону поражения, успевал вскрикнуть.

Новые баллы потихоньку капали в общий актив операторской группы. Кожин пока не высказывал недовольства.

Этой ночью удача улыбнулась Юльке. Так ей казалось, когда Юла гнала своего жмура за пятеркой нарушителей. Дело происходило в запутанном лабиринте многоэтажных трущоб. Возле Трассы. Неподалеку от новой служебной квартиры Дениса. Моросил ленивый осенний дождик.

«Рабочий материал», преследуя беглецов, вбежал в узкую арку с обшарпанными стенами и…

И с вскрытым асфальтом.

И после этого Юла обратилась за помощью. Воззвала. На грани истерики.

— … Ими-ими, татор-татор, — человек в маске и камуфляже паясничал буквально в нескольких шагах от Денисового мертвеца. Еще четверо прохаживались под аркой. Дразнили!

Пустячок: всего пять человек. «Делит», «Делит», «Делит», «Делит» и еще раз «Делит». И все. И грозные группировщики станут мертвыми группировщиками. Так бы оно и было, вне всякого сомнения. Если бы не одно обстоятельство. Замаскированная яма, с водицей на дне и оплывшими, осыпающимися отвесными стенками. Яма, в которую уже ухнул Юлькин жмур.