\

Надо было видеть, как снова и снова мертвый гвардеец, повинуясь командам спятившего оператора, добивает агонизирующих и неподвижных уже противников. Как размазывает по асфальту и бетонным стенам неподатливое человеческое тело. Как рвет то, что осталось от врага на части. Как ломает, мнет, кромсает, топчет. Заточка, руки, ноги — в дело шло все. И главным в этом деле был не результат — процесс.

Да, все это надо было видеть. Раньше надо было.

Денис устало прикрыл глаза. Перед мысленным взором возник образ Славки, с остервенением лупящего по несчастному «Делиту». Глаза пришлось открыть.

Он еще не опустошился, не выплеснул все свою ненависть, как Денис и Юлька. Наоборот, Ткач, казалось, заводился все сильнее с каждым разом. Ну, кто бы мог подумать, что робкому Славке так не хватает адреналинчика. Хотя, только ли в адреналине дело?

Денис помотал головой — болела-таки зараза.

Включил ускоренный просмотр. Если Кожин думает, что он, как прилежный школьник, изучит каждый кадр предложенного «учебного пособия», то пошел тогда этот Кожин куда подальше…

На экране убийства и кровь слились в одно сплошное мельтешение.

* * *"

"Иногда он все же смотрел. Пытался смотреть. Иногда, наобум, останавливал жуткий калейдоскоп. Потом гнал видео дальше. На максимальной скорости.

Стоп! Вот оно! Славкин «рабочий материал», кровь на асфальте и двенадцать трупов! Отмотав запись чуть назад, Денис пересчитал группу Волков. Так и есть: в начале схватки было пятнадцать оргов. Пят-над-цать! Ушло сразу три свидетеля. Проморгал Славик. Нездоровая страсть к убийствам оказалась сильнее осторожности.

Денис закрыл файл. Все, что нужно было знать, он уже знал. Три Волка собственными глазами видели в деле неуязвимого убийцу-зомби. И наверняка, не только эти трое. Наверняка, спятивший от вида крови Славка, упускал и других свидетелей. Нужно только внимательно просмотреть запись на третьем треке. Но такого желания у Дениса не возникало.

Он включил голосовую коммуникационную программу.

— Славка, ты ублюдок и идиот!

Дипломатическая связь работала как часы.

— Мне жаль, День. Правда… — ответ прозвучал не сразу.

Чувство вины? Нет, скорее имитация. И не самая убедительная. Голос у Ткача глухой. Речь — заторможенная. Как у наркомана. Наслаждается записью! Кайфует, гад! Сейчас говорить с ним — без толку!

— Проспись, — посоветовал Денис. — Потом пообщаемся. Больше нам твои ошибки не нужны.

— Считай, что уже сплю.

Как же! Спит он! Пока не досмотрит кино до конца — не ляжет.

Зато Юла задремала прямо перед включенным компьютером. Так она сама сказала. И, судя по сонному голосу, — не врала.

— …Извини, что разбудил.