Ей хочется видеть, как ядра снесут эти ворота, и как картечь будет косить шеренгу стражников. Девушку затошнило, но желание видеть разбросанные по белой брусчатке трупы никуда не пропало.
Неожиданно её окликнули.
— Мэтр, смотрите! — кто-то из младших офицеров указывал на дальний выезд с площади. — Это же…
Ничуть не таясь, к ним двигался отряд из двух десятков всадников. Половина из них была в латах, первой ехала светловолосая женщина в золотой броне. Шлем она держала на коленях. Казалось, её доспехи легонько мерцают.
— Это друзья. — Роза сглотнула и повернула Камышинку, тронула конские бока коленями.
— Рада видеть вас в здравии, мэтр Роза. — Сестра-командор Ангела, Живая Святая, приветливо улыбнулась и склонила голову.
— И я вас, сестра, — со всей искренностью откликнулась Роза. Ей стало самую чуточку легче. Церковная воительница была в числе тех людей, о чьей судьбе девушка переживала — хоть они и были знакомы недолго. — Вы меня искали?
— Не совсем. — Ангела качнула головой. — Посредник Божий выслал отряды орденов на улицы. Король бежал из столицы, судя по всему. Нужно прекратить кровопролитие, ведь в город вошли не вражеские войска, и дертцы сражаются с дертцами.
— Донна Виттория ранена. И Жанна тоже. Вы же помните Жанну?
— Конечно. — Сестра-командор нахмурилась. — Надеюсь, их раны не опасны?
— Жанна… поправится, — после паузы сказала Роза. — Но давайте к делу. Вы хотели встретиться с руководством Временного Совета? Сейчас здесь распоряжаюсь я.
Зарева пожаров намекали, что принятых мер явно недостаточно, однако Живая Святая смолчала. Она лишь бросила косой взгляд на ворота дворца и поинтересовалась:
— Здесь у вас тоже проблема, полагаю?
— Да. — Роза вздохнула. Её плечи перестали конвульсивно дёргаться, и в груди заметно потеплело. — Я уже нашла решение, но если вы можете помочь…
— Я помогу.
— Слушайте волю Посредника Божия! Король покинул город, и дертцам нет нужды лить кровь друг друга! Во имя Творца нашего, я, сестра-командор ордена святой Ангелы, призываю всех опустить оружие! Откройте ворота, погасите фитили, и я гарантирую, что никто не пострадает! Никто не будет убит, подвергнут пытке или заключён в тюрьму!
Солдаты по ту сторону ограды заволновались.









