Облезлый и, без сомнений, мёртвый. Батареи Моракс у ворона не было, зато кожаным ремешком к его груди крепился диск из золотой проволоки, украшенный алым самоцветом в центре. Сапёрный амулет, каким армейские маги из штурмовых команд прошибают полевые укрепления и зачищают траншеи. Такие же амулеты, очевидно, были вшиты в тела мёртвых дровосеков — около батарей, чтобы свет последних скрывал их собственное сияние от глаз мага.
— В-ведьма… — прохрипел Аксель. Он попытался вскинуть руку и сотворить защитные чары, хоть какие-то. Но опоздал. Самоцвет сверкнул багровым.
* * *"
"Роза перевела дух только на поляне, где была привязана её лошадь. Замерев, девушка добрую минуту вслушивалась — не ломится ли через лес погоня. Но тишину нарушали лишь фырканье Камышинки да шелест крыльев какой-то птицы, перелетевшей с ветки на ветку. Тогда волшебница сняла эльфийский маскировочный плащ, белый с чёрными пятнами, и аккуратно свернула его. Упаковала в седельную сумку так, чтобы даже краешка видно не было. Отвязав поводья, взобралась в седло. Лошадь ощутила волнение юной всадницы, забеспокоилась сама, тряхнула гривой — но Роза успокоила её, погладив по шее.
— Подумать только… в убийстве монаршей особы самым сложным оказалось сбежать от своей охраны, а не от охраны жертвы.
Так всё и обстояло. Будь Жанна до сих пор единственным телохранителем молодой учёной, девушка точно не смогла бы от неё ускользнуть. А так… Жанне она сказала, что её посторожит Минерва, Минерве — что будет с Тивэль. К Тивэль учёная действительно пошла, но только чтобы одолжить у девочки-эльфийки зимний маскировочный плащ.
Она прекрасно понимала, что при желании её участие в покушении на герцога де Шанон можно вычислить. Но нужными знаниями обладают только люди, которые не проболтаются. Жанна точно всё поймёт. Минерва — вероятно, тоже. Может догадаться и Виттория. Лишь последнее грозит проблемами. Ведь Роза оставила такой след, который скорее укажет на донну-некромага, доставив ей сложностей.









