— Настолько сильно стукнулась?
Что? О боже…я что-то сказала это в слух?! Краснею, но глаз оторвать от его не могу. Они у него не голубые, а будто синие, как штормовое море. И губы у него красивые, и отчетливая, выдающаяся линия нижней челюсти — он просто идеален, и это меньшее, что я могу о нем сказать.
Как по башке шарахнуло.
Вообще, мне восемнадцать, совсем скоро девятнадцать будет, но я клянусь, я такого ни разу в жизни не чувствовала. Надо мной часто подтрунивают подружки, мол, Лиса, когда ты уже откроешь свое сердечко? Тебе восемнадцать. Хочешь девственницей умереть? Конечно нет.
Поправочка. До этого момента.
Нет. Сейчас определенно что-то меняется, внутри моей груди будто взорвались тысяча салютов, а мурашки так и бегают туда-сюда.
— Простите, — блею, краснею, мнусь, — Я…я не хотела. Так случайно вышло…
— Ничего страшного, — усмехается он в ответ, а потом осматривается и чешет затылок.
Я наконец вспоминаю, что все его документы разбросаны вокруг нас, как рис на свадьбе. Глупо улыбаюсь этому внезапно пришедшему в голову сравнению, но потом сразу прихожу в себя и округляю глаза.
— Ой! Ваши документы. Я помогу!
Быстренько присаживаюсь и начинаю собирать, а они разле-етаются…Я поэтому краснею еще больше, а когда он тихо смеется, виновато поднимаю глаза.
— Простите…я правда не хотела, я…
— Не переживай, половина уже улетела, так что разом все снова распечатаю."
"— А…вам не влетит? — тихо спрашиваю, снова поднимаясь на ноги, он в ответ слегка жмет плечами, — Если вы здесь работаете, могу помочь.
— Правда?
— Ну да…есть полномочия.
Снова смешу его, сама улыбаться не могу перестать, заправляю прядь волос за ухо и смотрю на здание администрации, откуда как раз выходит папа.
— Алиса?
Папа у меня невысокий, крупный мужчина, с добрыми глазами и открытой улыбкой.









