0
0Что ж такое? Почему мне так плохо? И одновременно с тем хорошо…
Бедра вбиваются в матрас. Я в отчаянии. Мне нужно чуть больше давления. И тут, как подарок, пальцы моего любовника касаются меня между ног. Да-а-а. Выдыхаю. Да! Чувствую тяжелую эрекцию, прижимающуюся к моей попке. Никогда еще мои сны не были такими реальными. Я задыхаюсь. По вискам катится пот. Мне так много всего… Его горячего дыхания сзади, его плотного мужского запаха, который мне безумно нравится, несмотря даже на подкатывающую тошноту, его крупных пальцев, сминающих нежную плоть. Так настойчиво и болезненно. Опускаю вниз руку, сдерживая его напор. Всего-то и нужно – касаться чуть-чуть нежнее. Он ловит ритм, сжимая губами мое ушко. Да-а-а, идеально. Вот так. Рефлекторно подаюсь навстречу, окончательно теряя контроль. И в какие-то совершенно рекордные сроки улетаю в открытый космос…
– Эй! А я? – сонно возмущается мой любовник. Меня бросает в пот. Ужас сковывает затылок, приподнимая тонкие волоски на теле, ведь до этого он всегда молчал. Память возвращается толчком. Отправляя в нокаут. Я в панике распахиваю глаза. Пытаюсь отползти, пока ничего непоправимого не случилось. Рев в ушах усиливается. Как и боль в голове. Впрочем, когда он в меня рывком погружается, я понимаю, что до этих пор ничего не знала о боли. Кричу:
– Нет! Не надо…
По инерции он врезается в меня еще пару раз. И каменеет за спиной, когда я всхлипываю:
– Пожалуйста. Не надо."
"У меня болит все тело. Ужасно болит… Я тихо плачу. Он откатывается в сторону и в темноте нащупывает ночник. Свет в каюте включается одновременно с тем, как дверь в нее открывается. И все… Все словно застывает в каком-то безвременье. Пялюсь на застывшего у порога брата. Слезы градом текут по щекам. Я вижу буквально каждую его эмоцию. Непонимание, шок, ужас… Все, будто не со мной.
И этого я хотела? Аллах.
– Марат! - хриплю.
– Прикройся, Лала, пожалуйста!
Он так выглядит, что на него больно смотреть. В ужасе отворачиваюсь в поисках одеяла, а натыкаюсь на взгляд Назара. Мои глаза неверяще распахиваются.
– Ты? – выдыхаю едва слышно.
– А ты кого-то другого ждала?
Меня сносит волной исходящей от него ярости. Она пропитывает воздух в каюте. Проникает в легкие, просачивается в кровь.
– Ты изнасиловал ее?! – рычит Марат. – Лала! Он тебя изнасиловал?!
Брат сжимает кулаки и подходит к кровати. Каюта хоть и роскошная, не такая большая, чтобы в ней можно было где-то укрыться от его ярости. Я бросаю еще один панический взгляд на Звягинцева. А тот… Определенно никуда не собирается бежать. Он даже больше не зол. Он закрыт. Нет, эмоционально заколочен. И отстранен. Если я скажу, что меня изнасиловали – ему не жить. Если я скажу, что сама к нему пришла… Жизни не будет мне.
– Нет, – всхлипываю, обнимая себя руками.
– Ч-что?
– Нет.
