Эшелон

Навряд ли какая воздушная цель появится, чтобы нас атаковать.

— А вдруг «Ночной охотник»?"

"— Да ладно, Марк. Какой на фиг «ночной охотник»? Тут днём то воздушных целей нет, небо девственно чисто. А ты про ночь. За всё время, как «панцирь» встал на боевое дежурство, видели только один самолёт и то лёгкий одномоторник. К тому же, он близко к нам не подлетал. Пролетел в пяти километрах от нас и свалил.

— Ваня, это не повод, чтобы забить на бдительность.

— Марк, но я сижу мониторю нашими «глазами и ушами» пространство. Если что-то появится, то засеку за пару десятков километров.

Экипаж успеет занять свои места. Мы уже даже так тренировались, на остановках.

— Ладно, вмешиваться не буду. Я, надеюсь, вы знаете, что делать. Но смотрите, прошляпите нападение, с вас спросят по жесткому. Сами понимать должны.

— Да всё понимаем. Всё будет хорошо, Марк.

Неожиданно из темноты появилась Люся. Иван даже вздрогнул. Потом выдохнул.

— Ну, Люся, так и до инфаркта довести можно! — Воскликнул он. Люся, не обращая внимания залезла в боевой модуль «панциря». Я наблюдал за ней через открытую дверь. Она всё осмотрела, зависла на некоторое время перед экраном, куда поступала картинка с радара.

Потом покинула машину. Посмотрела на меня вопросительно.

— Вот ты любопытная, Люся. Всё осмотрела? Пошли дальше.

Прошлись с ней до конца эшелона. Народ спал в вагонах. В последнем броневагоне, бдил один из экипажа зенитного орудия ЗУ-23–2. Поздоровался с ним. Перебросились парой слов. Потом, обошли состав с Люсей и пошли к самому началу — головной платформе с другим зенитным орудием, С-60.

Люся резко свалила в темноту от железнодорожной насыпи. Я остановился.

Стал всматриваться. Но мелкой нигде не видел. Так простоял минут пять, как она резко вынырнула из ночной мглы. В её руках был суслик. Она его держала в правой руке, зафиксировав его голову пальцами так, что он не мог её укусить. Суслик верещал.

— Господи, Люся! Тебя плохо кормят? По моему, тебя кормят лучше всех, вернее больше всех. Зачем тебе грызун? — Люся посмотрела на суслика, потом вновь на меня. Я вздохнул. — Дорогая, если бы ты поймала какого сайгака или косулю, или козу, тогда хорошо. На крайний случай барсука. У него барсучий жир полезный.

А суслик, извини, но есть его, это полное дно. И в качестве домашней зверюшки этот грызун ну никак не подойдёт. Он же хомяк. Так что выкинь его, пусть живёт. Поверь.

Люся ещё раз посмотрела на суслика и выкинула его в степь. Причем, как я понимаю, суслик улетел очень далеко. Надеюсь, остался живым и целым.

Прошли вдоль всего эшелона. На головной платформе, где стояло зенитное орудие никого не было. Всё верно. Сейчас в расчёте орудие не нуждалось. Люся залезла на платформу. Ладно, бог с ней.