10
0
Мы неспешно поднялись по лестнице, ведущей в особняк, миновали холл, богато отделанный мрамором, с расставленным возле стен кожаными диванами и креслами. Главным украшением так сказать ""прихожей"" был огромный камин, имевший явно бутафорское назначение. Затем последовали ещё какие-то лестницы, сворачивающие куда-то коридоры, устланные ковровыми дорожками. Стены были отделаны лакированными панелями из дерева, на которых, в свою очередь, висели вычурные светильники из бронзы.
Вскоре стало понятно, что мы на месте. Так как весьма ощутимый запах лекарств и неявный, но тоже, без сонмнеия витавший воздухе смрад, явно источаемый больным телом, шибанул в нос.
Я невольно поморщился. Что ни говори, лучше быть ""богатым и здоровым"". Чего, не удалось избежать кому-то, по всей видимости очень близкому господину Увайсу."
"Почему так решил? Так ведь для бедола... вернее, теперь уже счастливчика Чонга, который как я выяснил благодаря сканеру, приходился дальним родственником главе преступного синдиката, место нашлось лишь в, скажем так... подсобных помещениях. А здесь явно хозяйские покои. И мой будущий пациент находится в гораздо более близкой степени родства с господином Увайсом.
- Подождите пожалуйста. - В извиняющимся тоном попросил Увайс. - Я... - он несколько замялся, - должен сначала поговорить с дочерью.
Вот как. Дочка, значит. Теперь понятны его сомнения и осторожность. Ели бы я, не дай Создатель, оказался на его месте, то чувствовал бы смятение неимоверно большее.
Тем временем за дверью послышались голоса. Звук был приглушён, да и разговаривали явно на местном. Так что особо прислушиваться я не стал. И так понятно, что для того, чтобы улеглись страхи господина Увайса, да наложенные на беспокойство находящейся, явно в не очень хорошем состоянии, его дочери, требуется какое-то время. Не удивлюсь, если девочка примет меня за очередного шарлатана. Коих, по моему разумению, прошло через её жизнь уже достаточно. Что ж, немного повременить я могу.
На удивление, долго ждать не пришлось. Через каких-то пару минут господин Увайс выглянул за дверь и пригласил войти. Я переступил порог и внутренне ужаснулся. Передо мной, в инвалидном кресле сидела сосем уж молоденькая, на вид немногим старше семнадцати лет девчёнка.
И она представляла собой просто плачевное зрелище. Изломанное во многих местах юное тело до ужасно и неестественно скрючено. Лицо, вернее, то что от него осталось, было сильно обезображено и напоминало плохо пропеченный фарш. Не котлету, а именно шматок фарша, брошенный на шкворчащую салом сковородку и поджаренный кое-как.
Девчёнка явно испытывала жуткие боли. Я взглянул на несчастную через сканер. Да, позвоночник повреждён в трёх местах. Багровые шрамы на спине и животе от нескольких операций.
