Эквей. Второй шанс

И этот бархатный тихий смех, словно мягкой волной прошёлся по моей коже и проник вглубь сердца, согревая его.

Возбуждающе приятный голос и такой добродушно-гортанный смех…

— Спасибо… жаль, что ты ничего не вспомнишь этого утром. Но я обязательно запомню… Эли…

И в следующее мгновение я ощутила, как пахнущая какими-то незнакомыми травами, жидкость попала мне в рот. Она обожгла, заставила выгнуться от отвращения. Попыталась отвернуться, выплюнуть. Не дал, крепко сжимая в своих руках.

Сильный, зараза.

— Очень. Спи, тебе надо набраться сил.

Спать. Да, наверное, надо поспать.

— Вот и умница, — слышу я прежде, чем исчезают качели, небо, травка и этот таинственный мужчина.

Я засыпала…

…Пробуждение было внезапным, и отчего-то тревожным. Сознание несколько жеманно и неуверенно переступало с ноги на ногу, будучи в раздрае — проясниться ему или померкнуть и уплыть опять к яркому небу, зелёной травке и качелям. Странный какой-то сон. Не помню точно его содержания, но странный.

Итак, я резко распахнула глаза, упираясь взглядом в причудливый сводчатый потолок, с потрясающе красивым узором на нём.

Это как проснуться в земном музее двадцатого века, такого далёкого прошлого.

Попыталась подняться и не смогла — острая искра боли, иголкой впилась в черепушку и заставила опять откинуться на подушки, восстанавливая дыхание и ругаясь сквозь сжатые зубы.

— С каждой нашей новой встречей ты меня удивляешь всё больше и больше, — тихо смеясь произнёс мужской голос и на горизонте возник Князь.

Ой, блин…

Стихийно, не взирая на боль в голове, на звон в ушах и искры перед глазами, принялась проверять Завесу. На месте, броня крепка, а мысли наши быстры.

И что самое интересное, никто не напирает, не давит и прочее. Со стороны эквейта никаких эмоций, словно там не человек, а огромная каменная статуя. Либо наш Князь бесчувственная скотина, полностью лишенная эмоций, либо у него стоит очень и очень качественный блок. Может стенка на стенку?

— Всё рассмотрела и проверила? — спросила он и сел рядом.

Я не видела, но как прогнулась кровать под его весом, почувствовала. И смешинку в голосе тоже уловила, только никак не могла понять её природу — издевательство, ирония или добродушие.

"

"А потом я вдруг вспомнила нечто невероятно важное!!! И рука лихорадочно метнулась к горлу, где нащупала шарф, который так и был намотан на мою шею, пальцы пробежали по пуговичкам — все на месте.

— Я тебя не раздевал. Если ты об этом?

— Угу, — я это уже поняла, особенно после того, как осознала, что лежу на кровати в туфлях.

— Так что, твоя честь не пострадала.

«Ваша тоже», — хотелось сказать мне ему, но я вовремя прикусила язык и принялась осторожно оглядывать комнату, где меня расположили.